Книга Тени теней, страница 84 – Игорь Шанин

— Зачем тебе пистолет? — спрашиваю.

— Для самозащиты.

Что-то подсказывает, что вопросы нужно задавать осторожно и терпеливо. Подбираю каждое слово как красивые ракушки на пляже:

— Тебе кто-то угрожает?

Анжелика разливает кипяток по чашкам и с усталым вздохом опускается на стул. Беззаботность улетучивается, когда она смотрит на меня:

— Просто я хочу быть готова, если его придут забрать.

— Колю?

— Да.

Сквозь всколыхнувшиеся в душе нехорошие предчувствия спрашиваю:

— Где он сейчас?

— В своей комнате, где же еще? Я не причиню ему вреда. Он ничего не помнит. Для него не существует этих трех лет исчезновения. Он говорит, пришел в подвал, а потом сразу появились мы все. Мой мальчик совершенно здоров, если вас это волнует. У него замечательный аппетит, с ним все в порядке. Никто не должен к нему лезть, в этом нет необходимости.

— Разве кто-то лезет?

— И не надо! — вскрикивает Анжелика.

Почти минуту мы сидим в тишине, а потом Макс неуверенно кивает на свою чашку:

— Вы забыли положить заварку.

— Ах да, извините!

Она снова подскакивает, чтобы взять с кухонной полки коробку с чайными пакетиками. Пистолет ни на секунду не покидает хрупкую женскую руку с красными ногтями.

— У людей могут возникнуть вопросы, — торопливо произносит Анжелика, бросая пакетики в наши кружки. — Почему он не изменился? Почему не повзрослел? Прошло целых три года, для детей это огромный срок, а мой Коля все такой же. Это странно. Его захотят изучить, исследовать. Быть может, взять анализы. Быть может, провести эксперименты. Запрут в какой-нибудь лаборатории, понавтыкают иголок и будут бить током. Все закончится вскрытием, а там уже ничего нельзя исправить.

Вода в чашках окрашивается янтарно-коричневым.

— А даже если нет, — продолжает Анжелика, — все захотят знать, где он пропадал. Эти допросы ребенку совсем ни к чему. К тому же, он ничего не помнит. Я говорила? Он совсем ничего не помнит, можете мне верить. Так что нечего к нему лезть.

Вдыхаю душистый ягодный аромат чая и не свожу глаз с пистолета. Не только у меня все стало хуже после вчерашнего возвращения из подвала.

— Мы ведь были вчера в полиции, — говорю. — Твоим сыном никто не заинтересовался?

— Нет. Потому что никто не знает, что это тот самый Коля Морковин. Я не говорила. Опрашивали только меня. Вы же слышали?

— Нет, — говорю. — Нас везли в разных машинах и допрашивали в разных комнатах. Я не знаю, о чем спрашивали других. Будь мы все в одной комнате, здание бы на воздух взлетело.

Осененная неприятной мыслью, Анжелика мгновенно меняется в лице:

— Вы ведь пришли не за Колей?

Тут же вздрагиваю:

— Совсем нет. У нас… Другая цель.

— Правда? Что вас может волновать кроме моего мальчика?

Пистолет непредсказуемо покачивается в руке, и я стараюсь говорить как можно быстрее:

— На самом деле, мы пришли поговорить насчет той плиты в лесу. Сажин выяснил, что там похоронены девушки, ошибочно обвиненные в ведьмовстве. Это сделало землю проклятой и позволило открыться вратам ада, когда какие-то сумасшедшие устраивали ритуал в музее. А теперь мы и вовсе вывели опасных демонов наружу, когда вчера там побывали.

Анжелика хмурится:

— Наружу?

— Оказалось, это все была их идея насчет открытия двери. Они нами управляли.

— А причем тут плита в лесу?