Книга Тени теней, страница 22 – Игорь Шанин

— Что там? — шепчет.

Ответить не успеваю — Анжелика снова в прихожей, улыбается как ни в чем не бывало:

— Вроде все. Чаю?

Мы следуем за ней в кухню. Пока закипает старенький электрический чайник с треснувшим носиком, Анжелика закуривает сигарету. Тонкая длинная палочка дымится меж тонких длинных пальцев.

— Чего пришли-то?

— Хотим узнать больше, — говорю.

Еле сдерживаюсь, чтобы не оглянуться в сторону прихожей — кажется, это лицо все еще висит в зеркале, закрытое простыней.

— Все хотят знать больше, — отвечает Анжелика. — Понимают, что в знаниях только боль, но все равно хотят знать.

По спине ползут мурашки — оно ведь не в зеркале, это лицо. Оно у меня прямо за спиной, вот только если обернуться, ничего не увидишь.

— Мы не хотим знать так много, чтобы было больно, — говорит Багров. — Только то, что нас касается.

Чайник щелкает, Анжелика разливает кипяток по кружкам. К запаху курева примешивается запах апельсина и мяты.

— Вы садитесь, — кивает на свободные стулья. — Я расскажу.

Когда усаживаемся, она наклоняется над столом. Сигаретный дым вьется кольцами вокруг лица, путается в растрепанных рыжих прядях волос. Сейчас, когда нет макияжа, можно разглядеть глубокие морщинки-паутинки в уголках глаз и рта. Кожа желтая и тонкая, как пергамент.

— Это было ровно двадцать лет назад, — говорят потрескавшиеся губы. — Точно такой же дождливой осенью. Точнее, она стала дождливой сразу после того случая.

Миша тоже считает, что погода испортилась после нашего возвращения.

— Ученики старших классов пропали без следа среди бела дня. Их искали всем городом по закоулкам, оврагам и лесам. Во всех газетах только объявления о пропаже с фотографиями. Любимые дети, хорошие мальчики. Шумиха поднялась страшная. Только без толку — никого так и не нашли.

— Пока сами не вернулись? — спрашиваю.

— Именно, ровно через три дня. Они были удивлены всеобщему вниманию. Думали, все их разыгрывают, потому что никуда они не исчезали. Сказали, для них эти три дня не существовали, просто прошли и все. Им никто не поверил.

Переглядываемся с Максом.

— Вы там были? — спрашиваю. — Сами все видели?

Анжелика кивает:

— Один из пропавших был моим одноклассником. Все происходило на расстоянии вытянутой руки. Я успевала выслушать все сплетни и слухи, что рождались ежеминутно.

— А какие слухи рождались? — спрашиваю.

— Почти все были уверены, что они просто решили привлечь к себе внимание. Развлекались.

Снова переглядываемся с Максом.

— Но это только поначалу, — продолжает Анжелика. Сигарета истлела почти до фильтра, дым теперь пахнет паленым пластиком. — Пока не началось все это мракобесие.

— Какое? — шепчу.

Тонкие пальцы расплющивают сигарету о пепельницу, крохотные искры летят во все стороны. В кухне тихо, только Макс осторожно прихлебывает горячий чай, рассматривая обои с цветами, пожелтевшие от никотина. За окном — бесконечная серая мгла.

— Ну, погода, — говорит Анжелика. — Дождь моросил без конца и края. Хорошо хоть не ливни, а то бы весь город затопило.

— Это совпадение, — возражаю. — Нельзя же обвинять детей в плохой погоде.

— Нельзя. Вот только все были уверены, что это из-за них. А в последний день, ну, в тот самый, разразилась настоящая гроза. Тучи черные, ветер, кромешный мрак. И знаете, что?