Книга Тени теней, страница 21 – Игорь Шанин

Первая хмыкает:

— Нашла кому одолжить.

— Так она тут работает?

— Больничный взяла вчера, дома сидит, — говорит вторая, не сводя с меня подозрительного взгляда. — Она вообще какая-то странная стала после вашего исчезновения. Это она вам помогла все устроить?

Первая тут же утыкается в монитор, пальцы бешено стучат по клавишам, перламутрово блестят розовые ногти. Вторая бросает на нее озлобленный взгляд.

Вздыхаю:

— Можно ее адрес узнать?

— Нет, — отвечают хором.

Беспомощно оглядываюсь на Багрова. Он выступает вперед:

— А мы вам что-то скажем.

Первая отрывает листок-наклейку, строчит на нем ручкой со скоростью молнии. Вторая закатывает глаза.

— Вот, — говорит кудрявая, поднимая зажатый между пальцами листок на уровне глаз. — Так что там вы хотите сказать?

Не такой уж Макс и глупый.

Подхожу ближе, роняя по слову на каждом шагу:

— Это. Все. Инопланетяне.

Осторожно вытягиваю розовый листик из пальцев с розовыми ногтями ошарашенной Кудряшки. Наклонившись, шепчу ей в самое ухо:

— А мы не настоящие. Настоящих съели.

На выходе Макс оборачивается и добавляет:

— Анжелика у них главная, так что будьте осторожны.

На улице снова моросит дождь. Небо как будто стало в три раза мрачнее за те пятнадцать минут, что мы провели в здании. Птицы проносятся мелкой россыпью над шумными оранжевыми кронами.

— Если они поверили, то накатают такие заголовки, что у нас жизнь еще веселее сделается, — бубню, хмуро разглядывая записку с неровными буквами.

Макс накидывает мне на голову капюшон.

— Зато главное узнали, — говорит.

— Главное — все еще секрет.

* * *

Анжелика открывает после третьего звонка. Всклокоченная рыжая шевелюра осторожно высовывается на лестничную клетку, глаза окидывают нас подозрительным взглядом.

— Вы как меня нашли? — спрашивает.

— На работе адрес взяли, — говорю. — Мы же в прошлый раз не договорили.

— Договорили, — бурчит Анжелика, но дверь не закрывает.

— Нам нужна помощь, — отвечаю. — А помогать никто не хочет.

Снисходительно щурится:

— Это взрослая жизнь, девочка. То ли еще будет.

Соседняя дверь приоткрывается, в проеме мельтешат любопытный глаз и морщинистая щека.

— Ладно, заходите, — тут же сдается Анжелика. — Поживее!

В прихожей душно и сумрачно. На вешалке знакомое бежевое пальто, а под ногами несколько пар небрежно сброшенных туфель. По стене сонно ползет большой паук. Одетая в домашний халат Анжелика поспешно машет руками:

— Постойте тут пока, не двигайтесь!

Когда она исчезает в спальне, мы с Максом растерянно переглядываемся.

— Ты кому-нибудь сказал, куда мы пошли? — спрашиваю.

— Неа, — говорит. — Думаешь, мы с ней не справимся? Ну, если что?

Анжелика возвращается с простыней и, прежде чем у меня возникает хоть один вопрос, накидывает ее на большое зеркало в коридоре. Оглядывается на нас с опаской:

— Пока не заходите, я остальные не завешала!

Скрывается в недрах квартиры, слышно шум, звуки шагов и негромкий бубнеж под нос. Покосившись на Багрова, я бесшумно подхожу к зеркалу, дрожащие пальцы отворачивают край простыни.

Серебристая поцарапанная гладь отражает мою бледную физиономию и растрепавшиеся волосы. Прямо над плечом нависла голова, сотканная из черного тумана — тоже смотрит в зеркало, будто подражая мне. Бездонные провалы глаз буравят бездонные провалы глаз из зазеркалья. Едва сдержав вскрик, я отшатываюсь, нога цепляется за одну из разбросанных туфель. Макс ловит меня почти у самого пола, помогает подняться.