Книга Капли магии 2, страница 75 – Бронислава Вонсович

— Илья, я очень хочу посмотреть твою отбрасывающую технику в действии, — внезапно сказал Мещеряков.

— Ещё чего. Не буду я родовую технику использовать где попало, — нашёлся Скоропадский. — Для третьеуровневого разрыва хватит и обычных.

— Для обычных третьеуровневых — да. Но у нас здесь аномалия, — гордо сказал Мещеряков, словно он её лично создавал.

И тут эта аномалия вылезла из логова, которое находилось под землёй, и потянулась. Походило оно на мифическую мантикору, только рожа была куда противнее и ничуть не напоминала кошачьих, а вот маску демона — очень даже. В моём прошлом мире я с такими тварями не сталкивалась, но сразу почувствовала исходящую от неё опасность.

— Дерьмо, — выразил солидарность с моим мнением Скоропадский. — Марк, что за подстава?

— Да ладно тебе. Развлечёмся же, — крутанул Мещеряков в руке явно непростой меч, по кромке которого проскакивали искорки.

Больше ничего никто сказать не успел, потому что тварь бросилась на нас, завывая, как банши. Размером она была с хорошего слона, но при этом настолько вёрткая, что попасть в неё было сложно, а на конце хвоста было не просто жало, а целый клинок, рассёкший со свистом воздух прямо у моего лица. Не знаю, отразил бы такой урон артефакт Мещеряковых, но мне проверять не захотелось.

Марк хохотал как дурачок, вырвавшийся из психушки и убегавший от санитаров. Бегал он хорошо, но, как выяснилось, недостаточно быстро, потому что даже хвалёных мещеряковских артефактов не хватило, когда клинком на хвосте твари ему по локоть отхватило руку, в которой так и остался зажатый меч. А пока Марк тупил, глядя на культю, прилетело возвратным ударом по голове, хорошо хоть не клинком — последний просвистел уже над головой падающего Марка.

— Дерьмо, — сказал Скоропадский и попятился.

Кажется, в арсенале княжеской семьи не было ничего для противодействия этому монстру. Мне хотелось последовать его примеру и дать дёру. Но я прекрасно понимала, что тем самым подпишу себе смертный приговор: если Скоропадскому ещё удастся вывернуться, то мне гибели Мещерякова не простят.

Магия на монстра действовала плохо, поэтому я отправила спутывающий конструкт, воздействующий не на саму цель, а на то, что вокруг неё. Тварь явно замедлилась, после чего мы со Скоропадским рискнули подойти поближе и добить. О том, чтобы что-то с неё собрать, и речи не шло, я разве что прихватила на память отсечённый клинок с хвоста.

— Дерьмо какое. Марка надо вытаскивать, — сказал Скоропадский.

— И его руку, — добавила я. — У тебя есть заклинания стазиса?

— В контейнер её, — сообразил он. — Там как раз стазис.

Пальцы на клинке удалось разжать с трудом, после чего отсечённая часть руки действительно вошла в большой контейнер, крышка закрылась, и стазис заработал. Появилась надежда, что целители Марку руку пристроят вовремя. Культю я ему перетянула куском его же футболки, при этом удачно сковырнув записывающий артефакт. Крепления были слабыми, поддались легко. Иных записывающих артефактов на Марке не было, только защитные на шее. Да уж, превосходство их артефактов налицо…

Мещеряков оказался отнюдь не лёгким. Тяжёленьким, прямо скажу. Тащили мы его вдвоём, потому что иначе ноги Мещерякова волочились бы по земле и мы двигались ещё медленнее. Хотя и без того шли небыстро, останавливались и укладывали ношу на землю при любых подозрениях, что на нас могут напасть. Потому что когда нападут — руки должны быть свободными.