Книга Капли магии 2, страница 52 – Бронислава Вонсович

В обстановке постоянных нападений призрачной сущности выход в другое место, кроме разве что кухни, — попадание в зону влияния призрака. В ванной тоже не всегда можно было спастись — то, что враждебные сущности не любили туда соваться, не говорило о том, что они это не могли делать.

Вообще, забавная вырисовалась ситуация, когда даже собственник ничего не мог забрать из квартиры, не говоря уже об арендаторах.

После ванной я перешла на кухню, где пришлось отдраивать и плитку, и хороший дорогой большой холодильник, внутри которого за это время несколько раз зарождалась новая жизнь и каждый раз вступала в схватку со старой, иной раз приходя к некоему консенсусу и прорастая друг в друга. Я безжалостно сгребла всё в мусорный пакет, за которым пришлось сходить в магазин, а потом оттащила на помойку. Всё время, что я была на улице, чувствовала чужое внимание, которое отсекалось, стоило войти в подъезд. Кто бы ни наблюдал за мной, делал он это очень профессионально, поскольку я ни разу не засекла наблюдателя. Подвела его лишь моя особенность чувствовать чужие взгляды, которая за время попадания в этот мир лишь отточилась. Использование конструкта однозначно бы его выявило, но показало бы мои возможности.

И только я вернулась после выбрасывания мусора, позвонил Скоропадский.

— Привет, — вальяжно протянул он. — Как насчёт позавтракать вместе?

— Завтра? — удивлённо переспросила я.

— Почему завтра? Сегодня.

— Сегодня время движется уже к ужину.

— Значит, у нас будет поздний обед. Или ты недавно ела?

— Нет, я поела давно.

— Тогда давай встретимся… — он назвал опять новое заведение. — К тому же у меня есть информация про мать Косарева, о чём ты просила.

— Спасибо. Быстро ты.

Я не обрадовалась этой информации. Я чувствовала себя обязанной что-то сделать, если обещала, но что сам Олег, что его мать были мне чужими. Я никогда не бегала от ответственности. Не уверена, что смогу связаться с ней немедленно, но и откладывать не буду.

— Должен же я соответствовать своей фамилии, хотя бы первой её части, — засмеялся он в трубку.

— Если заниматься её анализом, выходит, ты должен быстро падать.

— Предпочитаю быстро подниматься, — мрачно сказал он. — Подойдёшь? Бумаги принесу.

— Подойду.

А чего бы не подойти, если кормят в таких местах неплохо и всё — за счёт Скоропадского.

От меня заведение было недостаточно далеко, чтобы непременно брать такси — если пройтись быстрым шагом, как раз успею. А вот сам обед хорошо бы не затягивать. У меня сегодня тренировка, которую я пропускать не собираюсь.

Когда я пришла, Скоропадский уже с интересом изучал меню. Никаких других бумаг при нём не было, и прятать их особо было негде.

— Привет, — не поднимая головы, сказал он. — Что будешь?

— Что-нибудь вкусное. Где бумага с информацией о маме Олега?

— Я тебе её файлом в мессенджер сбросил, — усмехнулся он. — И не смотри на меня так. Вон как быстро прибежала. Кстати, могу тебя туда свозить. Если утром выедем, вечером вернёшься. — И официанту: — Девушке то же, что и мне. Свободен.

Официант испарился, а я подозрительно спросила:

— Зачем это тебе?

— Как это? А забота о родителях человека, с которым мы бок о бок провели целый месяц?

— Скоропадский…

— Если честно, я опасаюсь, что ты там натворишь дел. Вкратце, отец Косарева заявил его матери, что парень его опозорил, погибнув недостойным образом, и требует с неё компенсацию расходов.