Книга Капли магии 2, страница 36 – Бронислава Вонсович

До этого дня я, если не считать обучение на права, водила только трицикл, управление которым отличается от управления автомобилем, поэтому я ехала медленно и в город въезжала уже по темноте, что даже порадовало. Прикинув место, где не попадаю под камеры, я припарковала автомобиль, тщательно протёрла всё, к чему могла прикоснуться, подхватила свой рюкзак и выбралась из машины. Отойдя на значительное расстояние, вернула свой обычный вид — очень уж много тратилось энергии на поддержание сложной иллюзии: менялось не только лицо, но и размеры, одежда и движения.

До дома я добралась, чувствуя уже не просто усталость, а желание свалиться в кровать и уснуть. Можно сказать, меня вырубало на ходу. Но об осторожности я не забывала: при подходе к съёмной квартире отправила Дымку на проверку, но тень никого подозрительного не нашла, так что до дома я добралась беспрепятственно, наскоро перекусила и легла на диван, сразу же уснув.

Утром я некоторое время лежала, пялилась в потолок и размышляла, насколько правильно вчера поступила. Об убийстве бандитов не жалела — не в случае, когда они ясно дали понять, что проворачивают такое не впервые. Но не слишком ли много я дала пищи для размышления своим противникам? Одно дело, когда девушка удирает из автомобиля во время остановки, и другое, когда она выбирается из Разрыва, а её похитители — нет.

Но сделанного было не вернуть, исправить я уже ничего не могла. Утешало, что охранники не видели, кого бандиты тащили к плотоядному растению. Мне всего лишь следовало придумать подходящую легенду, если кто-то вдруг решит меня расспросить. Не полиция, нет — вряд ли они придут с вопросом, куда делись мои похитители, а вот люди Кравчуков могли. Не оставят же они без внимания исчезновение двух людей из команды для решения деликатных вопросов? Не такая большая у них эта команда.

Легенда упорно не желала придумываться, даже когда время подбиралось к обеду, зато ожил телефон. Скоропадский. Неужели решил извиниться?

— Привет, — хрипло сказал он, как будто недавно проснулся.

— Привет.

— Мне звонил некий Кравчук, очень извинялся за инцидент. Говорил, что это инициатива его глупого сына, который не знал, что я в тебе заинтересован. Я ответил, что… — в этом месте он явно зевнул, — не обязан рассылать уведомления о своих заинтересованностях по всем мелким родам. Он предложил компенсацию, я отказываться не стал, но сказал, чтобы её перевели тебе, не забывая, что компенсируют неудобство мне.

— Что ещё он сказал?

— Выразил восхищение работой моих людей. Тем, что никто их не видел, был замечен только один, когда уезжал с места инцидента, да и то, говорят, растворился в городе, как будто не было. Я подтвердил высокий уровень подготовки наших дружинников. А чего он хотел от княжеских людей? Он пообещал перевести деньги немедленно. Перевёл?

— Не знаю, не смотрела, — ответила я, пытаясь не расхохотаться.

Каждая попытка Кравчука меня убить заканчивается тем, что его роду приходится мне платить. Кравчуку-старшему впору запретить младшему вообще выходить из дома, а то род скоро будет на пороге разорения.

— Посмотри.

— Потом. Переведёт, куда денется. У этого рода уже образовалась привычка компенсировать мне покушения.

— И какое это по счёту? — уже без утренней хрипотцы спросил он.