Книга Капли магии 2, страница 104 – Бронислава Вонсович

Звонка от Сорокина я дожидаться не стала, позвонила сама. Занятия с ним мне были не нужны в плане мастерства, но в плане прикрытия от Мещерякова ничего лучше было не придумать. Он и сам может проговориться Марку, с которым поддерживает видимость нормальных отношений, и Мещеряков может это выяснить — есть же у него какая-то служба разведки? Вот пусть и узнают, что Берестнева вообще с трудом клинок в руках держит, её Сорокин учит. А уж чем сам Сорокин руководствовался, предлагая занятия, — дело десятое. Подозреваю, что его попросил дед.

— Сегодня не могу, — ответил Денис, когда я дозвонилась. — Вечер весь занят. Могу завтра так же часов в шесть.

— Замечательно. Мне подъехать туда же?

— Сам заеду, — буркнул он, не выражая никакого восторга от грядущей встречи.

А кому понравится заниматься с неумехой? Перевести меня на кого-то из дружинников было бы неправильно: получалось предоставление платной услуги бесплатно. А так он вроде как в порядке личной инициативы занимается. А что инициатива деда, так кого это волнует? Разве что самого Сорокина.

Зато свободное время оказалось у Скоропадского. Поводом была проверка, что там делают строители, ко мне он спустился после неё и с деловым видом спросил:

— Есть чего поесть? Я сегодня без обеда.

— Лидия не хотела идти в ресторан? — удивилась я.

— Я свои планы с ней не связываю. Дела были, — туманно ответил он. — Так что покормишь?

Я могла ответить, что я не столовая, но он меня уже неоднократно угощал в разных заведениях, в том числе довольно приличных. Ответить тем же я не могла, у меня даже свежеприготовленного ничего не было, зато на случай внезапного голода хранились готовые замороженные блюда, но отнюдь не того класса, к которому привык Скоропадский. Он покопался в ящике морозильного отделения с видом глубоко оскорблённого в своих ожиданиях человека, выбрал лоток с лазаньей, запихнул в микроволновку и сказал:

— Питаться чем попало вредно.

— Здесь хотя бы состав указан, — не согласилась я. — А на том, что ты заказываешь в ресторане, вообще ничего не написано.

— Верить нужно не написанному, а своим ощущениям. Что бы мне ни говорили, главное — моё собственное мнение.

И он постучал себя по лбу, показывая, где у него находится это самое мнение. Это было правильным — ориентироваться не на эмоции, а на разум. Я и сама пыталась так жить в последнее время, но эта жизнь как-то не радовала.

Микроволновка пикнула, сообщая о том, что лазанья разогрелась, Скоропадский вооружился вилкой и снял пробу.

— Дерьмо, — резюмировал он. — Как ты это можешь есть?

— Я и не ем. Это у меня исключительно для гостей, — сыронизировала я.

— Оно и видно. Смотрю, ты конкретно так на мне экономишь. Обещала продолжение татуировки, и где?

— А ты обещал сводить меня в нужный Разрыв, а вместо этого потащился в мещеряковский, да ещё и с обременением в лице Марка. Как у него, кстати, дела?

— Тебе интересно? — удивился он.

— Постольку, поскольку его отец может нам что-то предъявить, — пояснила я.

— Нам он ничего предъявить не может. Мы его наследника вытащили, и его даже залатали так, что не осталось следов, — с явным неудовольствием, то ли от темы беседы, то ли от еды, продолжил Скоропадский. Протянул руку, включил кофемашину, доставшуюся мне вместе с квартирой и заряженную свежими кофейными зёрнами, и подставил чашку. — Даже рука короче не стала, прикинь? Марк жаловался, что отец особо напирал на то, чтобы на теле не осталось никаких следов, а то, что ещё и сотрясение было, беспокоило отца куда меньше.