Книга Замок над морем, страница 133 – Галина Гончарова

— Ох… здоровьичка тебе, доченька.

— И вам здоровья, бабушка.

Особой приветливости Магдалена не проявляла, но и заявить: «Не подаем!» – тоже не спешила.

— Нельзя ли у вас комнатку снять?

Голубые глаза впились в Алаис. Да так, что женщина почти физически почувствовала, как просвечивают ее кошелек, как взгляд проникает под грим и даже глубже – в душу… хорошо, что глаз не видно под низко повязанным платком.

— У нас дорого, – после минуты молчания произнесла Магдалена.

— Чай, не по золотому в день берете?

— Нет. На золотой у нас можно пять дней жить, бабушка.

— Только жить или столоваться?

— Завтрак и ужин я подам, обед отдельно, если пожелаете.

Алаис подумала и кивнула.

— Тогда вот за десять дней задаток. Может… ох, годы мои тяжкие, и подольше задержусь…

При виде денег Магдалена ощутимо подобрела. Даже улыбнулась.

— А что ж за нужда, бабушка?

— Скажи уж прямо, дочка, чего тебе, старой, дома не сидится? – заскрипела Алаис. Улыбнулась, показывая вычерненные зубы. – Так за деньгами я сюда и приехала. Сестра у меня померла, вот наследство получить надобно, да и домой, к внучкам…

— А что ж внучки – не смогли с вами поехать?

В голосе Магдалены звучал подтекст – тебя ж страшно выпускать, ты по дороге развалишься! Сработало?! Ура!

— Так некому больше поехать-то со мной, – Алаис подчеркнуто печально вздохнула. – Сын в отъезде, пока еще вернется, дочь в тягости, внуки малы еще, чай, не они за мной, а я за ними приглядывать стану…

— Ах вот оно как…

— Да так вот, дочка. Всю жизнь ради них кладешь, а потом оказывается, что и в старости пахать-от надо. – Алаис горестно вздохнула. – Вот и плывет бабка старая на корабле, сегодня уж отдохну, а завтра и к стряпчему…

— Давайте я провожу вас в вашу комнату, – правильно поняла намек Магдалена. – А как…

— Звать-от меня? Зови бабушка Тая. Или госпожа Лернен, коли хочешь.

— Пойдемте, бабушка Тая, – Магдалена решительно сняла с гвоздика ключи от комнатки. – А сумки ваши…

Сумок у Алаис не было, кроме рюкзака. Так это дело поправимое.

— На корабле остались. Где ж мне с собой тяжести таскать, чай, не молоденькая, – Алаис упорно подделывалась под простонародный говор. – Капитан придержать обещал, а завтра и весточку ему дам.

— Да у меня мальчик на побегушках есть, мигом слетает.

Ирион! Вот этого Алаис не предусмотрела.

— Благодарствую. Может, вечор мы с ним и сходим…

— Как скажете, бабушка Тая.

Перед Алаис открылась дверь в небольшую комнатку. Отлично! Просто то, что надо!

Угол комнаты занимала здоровущая кровать под балдахином. Рядом, на тумбочке, стояли медный таз и кувшин для умывания. В углу – здоровущий сундук для пожитков, на нем замок, в который воткнут ключ. Кладите, закрывайте, пользуйтесь.

Еще в комнате были стол и два кресла.

Занавески на окнах, салфетка на столе, салфетка на тумбочке, все простенько, но чисто и аккуратно. Алаис широко улыбнулась.

— Благодарствую, дочка. Я уж тогда полежу чуть, а то с той качки кости болят… возраст, чай, не юный…

Магдалена сочувственно покивала и оставила клиентку одну. Алаис тут же задвинула засов на двери и от души потянулась. А потом принялась осматривать комнату на предмет глазков, подслушек и прочего.

Не нашла. Разве что дымоход… кажется, Дюма писал, как мушкетеры кого-то там подслушали через дымоход? Ладно, она все равно тут разговаривать не собирается. А вечером сходит «на корабль», прикупит в какой-нибудь лавке сундук или что-то вроде, да и прикажет доставить. Или лучше просто матерчатую сумку? Наверное, второе. Всегда можно сказать, что не с ее артритом брать что-то тяжелое в путешествие…