Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 125 – Алекс Джиллиан

Притихшие подруги сидели неподвижно, понимая, что их прошлая жизнь окончательно превратилась в пыль. И только Ждана смотрела на них с глубоким пониманием в больших светло-карих глазах.

— Я здесь уже третий год и смело могу заверить, что вам еще повезло, — она решила немного приободрить поникших девиц. — Особенно… — она взглянула на Мирославу и тут же осеклась, наткнувшись на ее предупреждающий взор.

Мира незаметно раскрыла ладонь, напоминая Ждане, чем та может заплатить за свой длинный язык. Конечно, она не собиралась причинять прислужнице князя боль, но и видеть ужас и отчуждение в глазах обретённых подруг Мира тоже не хотела. Да и что плохого в том, чтобы немного ее припугнуть? Ни к чему разносить по дворцу лишние сплетни и наводить суету.

Сделав вид, что у нее запершило в горле, Ждана прокашлялась.

— Вы здесь и все вместе…, — вымученно улыбнулась она. — Разве это не повод для радости?

— И Мирке, видали, какие справные покои выделили, — ляпнула Хельга. — Ох, не зря в народе болтают, что боги рыжим благоволят. Сразу видно, что ты у Владыки на особом положении. А про помои ты кому-то другому заливай, — бесхитростно подмигнула она. — Князь — мужик красивый, статный, и не смотри, что дымится и глаза красные. Уж лучше к такому в наложницы пойти, чем к аскарским псам.

— Что за ересь ты плетешь! — возмутилась Зоряна, опередив яростную вспышку Миры, побелевшей от негодования. — Уж лучше горшки выносить и полы натирать, чем этих извергов развлекать.

— Да я же не всерьез, — обиженно насупилась Хельга. — Мы можем тут сколько угодно плеваться ядом и строить из себя гордячек, но если Верховный пожелает…

— Хватит, — ледяным тоном отрезала Мирослава. — Я смотрю, ты сама не прочь…

— Не ругайтесь девочки, — взмолилась Зоряна, взглянув почему-то на Миру. — Скажи… я так и не поняла, как ты в комнате из неоткуда появилась. Тут, конечно, уже мало чему удивляешься, но…

— Переместилась. Через эти их… порталы, — тут же нашлась с ответом Мира.

Зоря удовлетворённо кивнула, и никто ей больше с подобными вопросами докучать не стал. На том и успокоились.

Чтобы не сойти с ума от мрачных мыслей, девушки начали искать спасение в делах.

Зоряна нашла в одном из сундуков корзину с пяльцами, ворохом разноцветных шелковых нитей и иглами, и с азартом принялась за вышивку.

Хельга отыскала на полках тяжелые свитки на древнем языке — она не понимала слов, но дотошно перерисовывала знаки на клочках бумаги, чтобы просто занять руки и убить время.

Мира же просто ходила по комнате и бесцельно заглядывала в каждый уголок, отстраненно слушая болтовню Зоряны и Хельги, скрывающих страх под громким гомоном своих голосов. Девушки делились историями из детства, смеялись и иногда грустили, несколько раз пытались вовлечь Миру в разговор, но быстро отступились, оставив ее в покое.

Ждана как-то незаметно ушла, а остальным стражники строго-настрого запретили покидать покои, но они и не рвались наружу — втроём, за запертой дверью, было спокойнее.

Вскоре служанки доставили обед, больше походивший на настоящий пир. На массивных серебряных подносах дымилось нежное мясо, запеченное с дикими травами, благоухал свежий хлеб, и стояли корзины с диковинными плодами, истекающими сладким нектаром.

Зоря с Хельгой от изумления вытаращили глаза. Они сроду не видели такого изобилия за одним столом, накрытым всего на троих человек. Мира не чувствовала голода, но даже у нее потекли слюнки. Девушки ели жадно, впервые за долгое время чувствуя, как силы возвращаются в их истощенные тела.