Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 114 – Алекс Джиллиан

— Как тебя зовут? — спросила Мира, решительно вставая с кровати.

Её босые ноги мгновенно утонули в густом темном меху, устилающем пол.

Незнакомка вздрогнула, торопливо пряча руки за спину.

— Нам… нам строго запрещено вступать с тобой в беседы. Пожалуйста, не губи меня, госпожа.

— Я не госпожа, а такая же «дарительница», как и ты, — Мира подошла вплотную, заставляя служанку вжаться в стену. — Посмотри на меня. Ты из Кряждара? Верно? Мое имя Мирослава, и я тоже из тех мест.

Девушка нервно вздохнула, борясь со вбитым в голову запретом. Её грудь под атласным платьем порывисто вздымалась, по плечам бежала мелкая дрожь.

— Ждана я… — она быстро подняла взгляд, и в нем Мира увидела не только страх, но и глубокую, застарелую покорность, перемешанную с горькой завистью. — Ты права. Я из Кряждара. Три года назад меня забрали. До появления метки я была лучшей вышивальщицей в городе…. Но тебя не видела. Я бы запомнила. Твои волосы… — девушка сбилась и умолкла.

— Выделяются, знаю, — горько усмехнулась Мира. — Но мы и правда не знакомы. Я выросла в деревне на северной окраине. — она сглотнула колючий ком в горле. — Отец был пахарем, мать работала на ферме. Их больше нет. Крылы разорвали всех на моих глазах.

— Мне жаль, — сочувственно ахнула девушка и, боязливо оглянувшись через плечо, прошептала: — У тебя на коже символ Рунвера…

— А у тебя Ашгара, но ты почему-то здесь, — перебила Мирослава и обвела комнату рукой. — И служишь Верховному.

Ждана потупила взор, едва шевеля побелевшими губами:

— Доргар преподнес меня в дар Владыке Пепельных Земель, — робко прошелестела она. — Как и других, кто ему служит. Все они — живая плата за милость Верховного.

— Доргар? — нахмурившись, переспросила Мира.

— Так зовут князя Ашгара, — пояснила Ждана.

— А где остальные Аскары? Почему в этих коридорах я вижу только людей? Неужели Верховный — единственный хозяин этого мраморного склепа?

Ждана замерла, смяв пальцами край накрахмаленного передника. Она снова воровато оглянулась на дверь, словно боялась, что их подслушивают сами стены.

— В цитадели нет иных Аскаров, кроме самого Владыки. Здесь только Его воля и те из нас, кто удостоился чести её исполнять. Князья живут в своих дворцах — в Ашгаре, Жарокрове, Рунвере… Они боятся этого места. Приезжают с поклоном и дарами, стараясь покинуть замок до того, как ударит полночный колокол. В Клинграде Владыку почитают как бога, возводят ему храмы из белого камня, но здесь… здесь от его присутствия цепенеют даже камни.

Мира почувствовала, как по спине пробежал ледяной холодок, несмотря на тепло, идущее от меха под ногами. Абсолютное одиночество Кайроса в огромном замке казалось еще более пугающим, чем если бы его окружала армия кровожадных воинов.

— Слуги шепчутся о тебе всю ночь, — вдруг добавила Ждана, понизив голос до едва различимого шелеста. — Повара, конюхи, стража… Никто не понимает. Метка Рунвера… — она кивнула на запястье Миры, — она есть у каждого третьего здесь. Мы все — часть ежемесячной дани. Но Владыка никогда не выходил встречать избранных лично. Никогда не отдавал приказов лечить нас и не выделял господские хоромы. Что в тебе такого, чего нет в других?

Мира медленно закатала рукав, обнажая серебряный клинок. В холодном магическом свете стен метка выглядела спокойной, почти мертвой, но Мира чувствовала, как внутри её крови снова начинает закипать ядовитый жар.