Книга Жена Дракона: Хозяйка дворца, страница 53 – Су Вань

Атмосфера в зале стала напряженной. Некоторые обитатели Дворца переглянулись, их ауры выражали либо холодное согласие с Лань Инь, либо сдержанное любопытство. Они ждали реакции Шао.

Шао чувствовала, как ее щеки горят, но гнев сменился холодной решимостью. Лань Инь пыталась использовать ее смертную природу как слабость. Но Мастер Цин и сам Владыка говорили о ее "искре" как о чем-то уникальном, о ее чистоте как о потенциале.

Она поднялась со своего места, привлекая к себе всеобщее внимание. Ее серебристый халат мерцал, ее аура, чистая и сильная, хоть и не сравнимая по объему с аурами присутствующих здесь небожителей, ощущалась отчетливо.

"Госпожа Лань Инь поднимает важный вопрос," – произнесла Шао, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно, не дрожал от волнения. – "О подходящности. О силе. О способности управлять линци."

Она повернулась к Лань Инь, встретившись с ее ледяным взглядом. "Моя природа смертна, это правда. Я не обладаю древней силой или вековыми знаниями, как многие здесь. Но я учусь. И я чувствую линци этого мира. Не как бремя, а как часть себя."

Шао сделала глубокий вдох. Она чувствовала потоки линци в зале – мощные, многообразные, некоторые из них несли отголоски скептицизма или враждебности. И она почувствовала свою собственную линци – чистую, гибкую.

Она протянула руку, ладонью вверх, к центру зала. Сосредоточившись, как учил Мастер Цин, она начала собирать линци. Но на этот раз она не просто собирала ее, а направляла, пропуская через себя, через свою "искру", наполняя ее своей сутью.

Чистая, золотистая линци начала собираться над ее ладонью. Но затем, повинуясь ее воле и уникальной природе, она изменилась. Она не стала шаром чистой энергии, как в Павильоне Девяти Облаков. Вместо этого, линци начала принимать форму.

Форму маленького, сияющего ростка, пробивающегося из невидимой земли. Он был полупрозрачным, сотканным из чистого света, но в его очертаниях чувствовалась упругость и жизненная сила. Росток медленно рос, из него разворачивались крошечные, переливающиеся листья, а затем – бутон, наполненный светом.

Энергия, исходящая от этого ростка, была невероятно чистой и жизненной. Она отличалась от любой другой энергии в зале – не была ни воинственной, ни древней, ни холодной, ни огненной. Это была энергия *роста*, *жизни*, *чистоты*. Это была энергия ее "искры", облеченная в форму, которую мог понять даже бессмертный.

Все взгляды в зале были прикованы к сияющему ростку. Некоторые ауры, наполненные скептицизмом, дрогнули, сменившись удивлением. Это было не просто демонстрация силы, а демонстрация *качества* энергии, которая была уникальна для нее.

Лань Инь смотрела на росток, ее лицо, обычно невозмутимое, исказилось. В ее глазах вспыхнул гнев, а аура стала резкой, как лезвие. Она явно не ожидала такой демонстрации, и тем более – демонстрации энергии, столь противоположной ее собственной.

Шао почувствовала волну холодной, агрессивной энергии, исходящей от Лань Инь, направленной на росток, пытаясь его подавить, погасить. Но Шао была готова. Она окутала росток своей собственной аурой, не сопротивляясь силой, а укрепляя его изнутри, питая его своей решимостью и чистотой.

Росток выстоял. Он не погас под холодным давлением Лань Инь, а наоборот, его свечение стало чуть ярче, словно он черпал силу из самой попытки его уничтожить.