Книга Сера, страница 303 – Калли Харт

— Фишер!

Никто мне не ответил. Не раздалось ни звука. Только печальное, пустынное эхо дома, который еще вчера был полон жизни. Так ли это было на самом деле? Неужели гниль поразила каменную кладку и пустила корни в фундаменте здания?

Я смотрела на захваченное и гибнущее поместье, и мое сердце разрывалось, но у меня не было времени оплакивать Калиш. Я надеялась, что Фишер окажется здесь и я смогу поговорить с ним и выяснить, где он, черт возьми, находится в реальности, но если его не было здесь, в этом мире грез, то я не могла позволить себе терять время. У меня оставалась еще одна цель, и я молилась, чтобы не опоздать.

Дверь слетела с петель, когда я потянула ее на себя. Она осыпалась на пол, сухая, как шелуха. Гниль змеилась по полу, щупальца блестящего черного разложения поднялись в воздух в поисках… меня? Существовала ли я здесь? Могла ли гниль почувствовать меня, когда я спешила по коридору? Могла ли она заразить меня? Выяснять это не хотелось.

Мои шаги отдавались громким эхом, когда я торопливо шла по поместью, минуя гостиные, библиотеки и дюжины других закрытых дверей, пока не добралась до лестницы. Мой правый ботинок едва коснулся первой ступеньки, как над головой раздался протяжный стон; я подняла голову и увидела, как хрустальная люстра падает с треснувшего потолка.

— Черт!

Не теряя ни секунды, я отпрыгнула назад, хрустальные призмы и подвески разлетелись по ступеням. Мое сердце отбивало нервную дробь, пока я смотрела на то место на лестнице, где только что стояла, и на огромную дыру, зиявшую в потолке, словно оскаленная пасть. Гниль – кап, кап– капала с разрушенной штукатурки на пол рядом со мной.

Живые боги, это место было небезопасным.

Мне нужно убираться отсюда, и поскорее.

Фундамент дома содрогнулся, когда я обогнула люстру и бросилась вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз. Гниль еще не успела разбить здесь окна. Глянцевые черные стебли оплели стены и почти полностью закрыли оконные проемы, не пропуская угасающий свет.

Дверь в спальню Фишера в конце длинного коридора была закрыта. Я попыталась открыть ее и отдернула руку, выругавшись сквозь зубы. Ручка оказалась холодной как лед. Даже холоднее. Металл словно был выкован в пятом круге ада. На ладони появился красный рубец, настолько болезненный, словно я только что схватила рукой кочергу, которую слишком долго держали в огне. Было больно сжимать кулак. Держать ладонь открытой тоже было чертовски больно.

Еще одна череда проклятий себе под нос.

— Ты не хочешь, чтобы я туда заходила? – Обвинение было адресовано гнили. Самому дому. Очевидно, никто из них не хотел меня здесь видеть. Какое-то мгновение я изучала дверь – почему она не рассохлась и на рассыпалась, как остальные деревянные конструкции в доме? – и быстро прикинула, где лучше всего познакомить ее с моим ботинком. Приняв решение, я изо всех сил пнула дверь прямо по ручке…

…и ничего не произошло.

Дверь держалась крепко.

Я попробовала еще раз.

И еще раз.

И еще.

Дерево даже не треснуло, а я била изо всех сил. Моя сила феи и вампира, вместе взятых, должна была легко снести эту чертову штуку с петель, но она не сдвинулась ни на дюйм. Крик рвался из моего горла, нарастая внутри, но я сжала челюсти и сосредоточилась.