Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 26 – Ри Даль

Он глянул на меня то ли удивлённо, то ли насмешливо:

— Если богам было так угодно, чтобы Брегард появился на свет, то не мне решать его судьбу. К тому же мы неравны, и это скорее у него может быть недовольство ко мне. Но меня это не волнует. Брегард всегда был мне верен.

Я не стала уточнять, что пару минут назад Брегард готов был предать своего правителя и кровного брата из-за банальной похоти. Что-то мне подсказывало, что такая информация мне ничем не поможет, а вот навредить — может.

Только заметила вполголоса, как бы между прочим:

— Не всё то истинное доверие, что строится на родстве. Иные твердят громче всех о преданности, но предают по щелчку пальцев. Впрочем... Мне сложно судить о ваших нравах, очень уж они выходят путанными для меня.

Хальдрим в этот момент стоял полубоком, но при этих словах как будто бы насторожился, а затем повернулся ко мне.

— О чём ты? — спросил он после паузы.

Я пожала плечами и принялась с деланной небрежностью скаблить свою кожу на руках прямо ногтями. Всё-таки помыться сегодня как следует очень хотелось.

— Да о многом... — сказала со вздохом, больше не обращая внимания на арвинга, глядящего неотрывно. Стало абсолютно всё равно, что он наблюдает за довольно интимным процессом. Это уже были сущие мелочи в сравнении с тем, через какие унижения я уже прошла. — Например, о том, что ты мстишь мне за историю с женщиной, о которой сам едва ли что-то знал. Я об Астрильде.

— Что тут непонятного? — Хальдрим нахмурился.

И я решила долго не вилять:

— А ты разве никогда не задумывался, что стань она женой твоего отца, ты бы сам не появился на свет? Может, тебе стоит благодарить богов, что они дали шанс тебе родиться от другой женщины, убрав с пути Астрильду?

Внезапно перед моим лицом возник какой-то предмет. Скорее по привычке, я сначала испугалась, и только потом поняла, что Хальдрим что-то мне протягивает — какой-то жёлто-коричневый комок. Морская губка...

Я медленно потянусь за ней, боясь, что в следующую секунду снова произойдёт нечто ужасное. Но ничего не случилось. Арвинг просто отдал мне предмет и отвернулся.

Пребывая в недоумении, я стала осторожно тереть кожу уже при помощи губки — так явно получалось приятнее и эффективнее. И тут Хальдрим снова удивил. Следующим он подал мне кусок жирного мыла, сильно пахнущего золой и имевшего грязно-охристый оттенок. Я забрала и его, после чего стала им натираться. Запах бил в голову и заставлял морщиться, однако в данной ситуации выбирать не приходилось — в Нордхальме варили лучшее мыло, которое не только прекрасно очищало, но вдобавок имело свойства осветлять кожу и волосы. Потому нордары в большинстве своём были настолько светловолосые.

Так что голову я тоже намылила. А тем временем Хальдрим ничего не говорил, словно готовился к новой атаке. Но и тут я ошиблась — он произнёс после долгого молчания самый обычным и даже будто бы печальним тоном:

— Я знал Астрильду.

Я тотчас подняла к нему удивлённые глаза.

Он усмехнулся:

— Моя родная мать умерла в родах. Когда отец задумал жениться во второй раз, мне было уже шесть зим, а Виндору — восемь. Мы были мальчишками, но и тогда понимали, что конунг принимает решения не просто так. Я помню её, твою мать.

Я слушала молча, приоткрыв рот, но боялась что-то ответить. Новость меня буквально оглушила: мне совершенно не приходило в голову, что Хальдрим ведь меня старше, а значит, женщина, что дала ему жизнь, ушла до того, как Фрейвид решил жениться на Астрильде, а свадьбы так и не состоялось, потому что она оказалась с другим мужчиной.