Книга Брошенная жена правителя Севера, страница 23 – Ри Даль

— Что?..

— Да, Гайлина, — самодовольно подчеркнул Брегард, — я могу прямо сейчас сделать с тобой всё, что мне хочется, а затем скажу Хальдриму, что изловил тебя, когда намеревалась удрать. Воспользовалась доверчивостью волховийской служанки, и вместо купальни пустилась наутёк...

— Ты не посмеешь...

— О, или лучше даже так... — перебил Брегард, воодушевляясь всё больше. — Я скажу, что твоя соплеменница помогла тебе сбежать. И тогда вы обе познаете весь ужас неповиновения арвингу. А твоя соплеменница пострадает по твоей вине. Ты будешь виновата в её боли. Ибо Хальдрим не собирается щадить женщин, он не доверяет женщинам. А мне поверит легко. Теперь понимаешь, Гайлина?..

Его слова врезались в меня беспощадными стрелами. Брегард оказался не таким уж тупицей, каким показался изначально. Может, он и не гений, но коварства в нём достаточно, чтобы использовать лучшие качества человека против него самого — таковы методы всех злодеев и подлецов. Я знавала такой сорт людей, но, к счастью или к сожалению, никогда не попадалась им в сети. И вот передо мной яркий представитель самой низменной прослойки человечества — лжецов, манипуляторов, гадов, которые не остановятся ни перед чем, чтобы достигнуть своих целей.

Признаюсь: во мне зародился ещё больший страх — уже не за себя, а за Ладвиру. Пускай она не героиня, готовая идти на риск и кидаться на амбразуру, но моя соплеменница вовсе не заслужила пострадать из-за чужого гнилья.

— Ты настолько отчаялся получить взаимность от женщины, что готов пойти на любую мерзость, Брегард? — спросила я, целясь в мужское самолюбие, точнее сказать — наугад. — Неужели ни одна женщина не приласкала тебя по собственной воле?

— Меня не интересует женская воля, — прорычал он и в следующее мгновение оказался возле бочке, одним резким движением схватил меня за волосы. — И тем более не интересует воля какой-то волховийки!

Кожа на голове стала пульсировать от боли, на краткий миг всё почернело перед глазами. Я поморщилась, но не издала ни звука. Сжала зубы, подавляя стон, а затем уставилась прямо в глаза Брегарду:

— Откуда столько ненависти к волховийкам? Что, одна из них тебя как-то отшила?

— Замолчи! — он дёрнул за волосы, отчего боль прокатилась по всему позвоночному столбу. — Надоело с тобой трепаться! Не отдашься мне сама — устрою всё, чтобы тебя прокляли даже твои соплеменники!

— И нарушишь приказ своего арвинга?

— Плевать мне на арвинга! Плевать на Хальдрима! Да и ему на тебя плевать!

— Может, на меня и плевать, — держалась я из последних сил, чтобы не закричать от боли, — но на верность своих людей он вряд ли на плюёт.

— Довольно слов, дрянь! — Брегард снова дёрнул мою голову, схватил за шею и попытался заткнуть мне рот при помощи поцелуя, но я вскинула руки впилась ему пальцами в лицо. Он заорал, но не сдался.

И в эту секунду дверь в сарай распахнулась настежь.

— Брегард! — прозвучало, будто гром, от которого задрожали стены хлипкой пристройки.

Негодяй отпрянул от меня в испуге. Его раскрасневшееся от злости и похоти лицо пылало огнём, а дыхание ещё не пришло в норму. Однако он взрал на стоящего в дверях Хальдрима и ничего не делал. Меж тем в глазах Брегарда ясно читался животный страх.

— Хальдрим... — он попытался улыбнуться, но вышло настолько нервно и неубедительно, что я едва не расхохоталась. Лишь испуг не позволил мне насладиться ещё одним моментом унижения Брегарда. Он силился изобразить приветствие: — Почему ты здесь?.. Ты же сказал, что приедешь только к празднеству...