Книга Ревелль, страница 135 – Лисса Мия Смит

Вдруг, словно очнувшись, Лакс забарабанила обеими руками по моей обнаженной груди, да так сильно, что я отшатнулся.

— Дурак чертов!

— Я? Ты чего?

Она откинула с лица перепачканные сажей локоны:

— Зачем пошел обратно в огонь?

— За Тристой!

— Ты же мог погибнуть! Вы оба!

Ее била дрожь. Я потянулся к ней, хотел обнять, прижать к себе, как тогда, в кладовке, когда мне на краткий миг показалось, что и ей тоже этого хочется.

— Не мог ее бросить.

— Конечно, не мог, просто… Я думала, ты уже мертв.

Она обхватила себя руками, пытаясь совладать с собой. Руки, плечи, перед платья – все было забрызгано кровью.

— Лакс, – прошептал я.

Ее глаза плотно зажмурились. Слез не было. Они прольются позже.

— Лакс, – повторил я еще тише. Стоял и беспомощно смотрел, борясь с желанием обнять ее.

Она бросилась мне на шею и уткнулась лицом в раненое плечо. Я прижал ее к себе, наслаждаясь каждым вздохом, а она судорожно всхлипывала, тщетно пытаясь взять себя в руки.

Как же ей больно. Невыносимо было видеть ее такой – опустошенной, объятой страхом, потерявшей все. Теперь я хорошо понимал Роджера, уговорившего Маргарет переложить на него свои страдания.

Я зарылся носом в ее растрепанные волосы – сладкий аромат шампуня тонул в едком дыму.

— Ну и запашок от тебя.

Ее плечи содрогнулись в невеселом смехе:

— Да и ты не лучше.

— Спасибо, что нашла меня.

Роджер был в Нью-Йорке, а Триста лежала без сознания, никто бы и не заметил, что я пропал. И не спохватился, пока не стало бы слишком поздно.

— Я же говорила, – прошептала она, не поднимая головы. – Теперь нас трое. Тех, кто заботится о тебе.

Я обнял ее крепче, и ее дрожащие руки сильнее обхватили меня.

— Ты настоящий друг.

— Сам понимаешь, это больше, чем дружба. – Она отстранилась, но ее перемазанные сажей руки продолжали обнимать меня за шею. – В этом и проблема. Я всегда ищу тебя. В любой толпе, на любом спектакле я всегда выискиваю тебя взглядом. Сколько бы ни старалась, не могу от этого никуда деться.

— Правда? – Я не мог поверить, что это реально. От каждого ее слова мое сердце замирало.

Она пристально смотрела мне в глаза, словно сомневалась в моих чувствах.

— Правда.

Я опустил голову и нежно прижался к ней лбом.

— Я тоже только о тебе и думаю. С той самой первой ночи.

Она, качнувшись, приподнялась на цыпочки:

— Не стоит со мной связываться. Не к добру это.

— Очень даже стоит. – Я стер сажу с ее щек. Она устало улыбнулась, прислонилась ко мне, сбросив наконец маску притворной неуязвимости. Напускного безразличия.

Лакс пощекотала мою щеку носом, и меня обдало жаром.

— Нет, правда. Я не должна тебя втягивать.

Я запустил пальцы в ее локоны.

— Если хочешь, я уйду, – прошептал я, почти касаясь губами ее губ.

Вместо ответа она лишь крепче обняла меня.

Я приподнял ее подбородок, склонившись еще ближе.

— Кх-гм.

Мы дружно обернулись на голос.

Перед нами стоял Дьюи. Черный костюм до неузнаваемости был перемазан грязью и сажей. Ноги подкашивались, под прищуренными глазами темнели синяки.

Его взгляд переметнулся на Лакс, прильнувшую к моей обнаженной груди.

— Ясно.

Лакс оцепенела:

— Дьюи, я…

Он зашелся кашлем. Лакс шагнула к нему, но он выставил руку в немом приказе.

— Давно?

— Все не так, как ты думаешь…

— ДАВНО?

— Честное слово, ничего не было…