Книга Империя Эйернон. Подари мне счастье, страница 126 – Аля Герм

Она больше не была чужой, не была полукровкой, не была испуганной девчонкой. В грязи и крови этого лагеря, под оглушительные крики её имени, она родилась заново. Она стала их Императрицей. Их Фениксом, восставшим из пепла страха и отчаяния. И она знала — назад пути нет.

Каминный зал крепости пах дымом, потом и пережжённым кофе. Воздух был тяжёлым, как перед грозой. Огромный дубовый стол, исцарапанный клинками и шпорами, был завален картами. На них алыми чернилами были нарисованы стрелы атак и отступлений.

Янистен стоял во главе стола, опираясь на него костяшками пальцев. Его лицо — бледное, под глазами — тени, но в глазах — огонь. Палец, обмотанный пластырем, ткнул в узкое ущелье на карте.

— «Волчья Пасть». Ночные Всадники пойдут здесь. Их командир слишком самоуверен и презирает нашу «предсказуемость». — Его голос был хриплым, но твёрдым. — Он будет жать вперёд, считая, что мы отступим к равнине по старому уставу. Поэтому мы дадим ему урок военной импровизации. — Он передвинул две серебряные фигурки. — Первый и Четвёртый легионы создадут видимость панического отступления. Мы позволим им почувствовать запах лёгкой победы. Заманим их ударную группу в самую узкую часть ущелья.

Он обвёл взглядом собравшихся: Дагорна, чьё лицо было непроницаемой маской, но чей взгляд впивался в карту; Нису, которая слушала, её руки были сжаты в кулаки; Керсана, прислонившегося к камину; и генералов с седыми висками.

— А здесь, — его палец взметнулся к вершине западного пика, — мы разместим лучников Мартека. С высоты птичьего полёта они будут невидимы. Их стрелы с наконечниками из клыков ледяных горгулий пробьют любую броню Всадников. Но главное — заставить их сгрудиться.

Керсан оторвал взгляд от огня.

— Отряды с Восточных хребтов уже на позициях. Их вождь дал слово, когда разведотряды Воларда начали рубить их священные сосны. — Он провёл пальцем по горным тропам. — Они будут молотом, что обрушится на них сверху. Камнепады перекроют путь к отступлению.

Янистен усмехнулся.

— Наконец-то их ярость обратится в нужное русло.

— А мой отряд, — продолжил Керсан, — станет тем самым клинком, который войдёт им в спину. Мы ударим с восточного склона, из системы пещер. Волард их на картах не обозначил.

Дагорн кивнул.

— Ночные Всадники? — спросила Ниса. — Их магия... этот чёрный лёд... Ваш план безупречен против обычной армии. Но против них?

Керсан и Янистен переглянулись.

— Нереид, — сказал Керсан, — уже три дня работает у их передовых форпостов. Она и её гидромантки отвели подземные воды от фундаментов дозорных башен. Камень, лишённый влаги, становится хрупким. — Он посмотрел на Нису. — Их опора ослаблена. Осталось лишь толкнуть. И это твоя задача, сестра. Твой свет — это финальный толчок, что обратит их силу в пыль.

В зале повисла тишина.

— Готово, — сказал Дагорн, поднимаясь. — Отдавайте приказы. Мы выступаем до рассвета.

Он привёл её в комнату в самой сердцевине крепости. Голые стены, грубый пол, камин из чёрного камня. Кровать — узкая, с жёстким матрасом, застеленным шерстяным одеялом.

Дверь закрылась. Дагорн сбросил наплечники. Они грохнули на пол. Ниса расстёгивала пряжки на его наручах. Он взял её руки и остановил.

— Дыши. Просто дыши. Со мной.

Они молча снимали доспехи. Каждый кусок лат падал с грохотом. Наконец, они стояли в рубахах, испачканных потом и пылью.