Книга Империя Эйернон. Подари мне счастье, страница 116 – Аля Герм

Керсан, уже на коне, посмотрел на Нису.

— Ты не одна, — сказал он. — И не спасительница. Ты — часть нас.

Мартек кивнул. Лориан — тоже.

И в этот момент — не из-за слов, а из-за тишины между ними — Ниса поняла: она не ведёт их. Они идут вместе. Как одно сердце, разбитое на пять частей.

— Поехали, — сказала она.

Они вскочили на коней, помчались вперёд, и за их спинами осталось не только лагерь смерти, но и последнее сомнение: они знали, что выживут, не потому что сильны, а потому что вместе.

Кастиан, всё ещё дрожащий от холода, вдруг сдёрнул с пальца кольцо — тусклое, из простого железа, с выгравированным «Я+К».

— Возьми, — сказал он, протягивая его Нисе. — Если… если я не выдержу… отнеси Янистену. Он поймёт.

Ниса не взяла. Только накрыла его ладонь своей, тёплой, живой.

— Ты сам отдашь ему, — сказала она. — Потому что мы тебя не оставим.

Кастиан закрыл глаза. Впервые за день — не от боли, а от облегчения.

Нереид между тем развязала сумку, достала кусок хлеба, разломила пополам, одну часть протянула Лориану, другую — Мартеку.

— Ешьте, — сказала она. — Сила — не в магии. Сила — в том, чтобы идти дальше, когда ноги не слушаются.

Мартек кивнул, откусил, запил водой из фляги. Его пальцы — в шрамах, в мозолях, но руки — не дрожат. Он протянул флягу Дагорну.

— Пей. Ты первый, кто смотрит не вперёд, а назад — на неё.

Дагорн взял, сделал глоток, вернул. — Я смотрю туда, где она. Это — мой вперёд.

Керсан тем временем проверял пульс у Кастиана — не тыльной стороной, а ладонью на запястье, как учили в архивах.

— Сердце бьётся, — сказал он. — Но слабо. Как у птицы, что вырвалась из клетки, но ещё боится неба.

— Он не птица, — тихо сказала Ниса. — Он человек. И он сам решит, когда лететь.

Керсан посмотрел на неё, и в его глазах — не одобрение, а уважение. — Ты научилась.

— Чему?

— Не спасать. А доверять.

Внезапно Нереид остановилась, подняла руку. Все замерли.

Она опустилась на колени, приложила ладонь к земле, закрыла глаза.

— Ручей… впереди… он плачут, — прошептала она. — Вода помнит, как её отравили.

— Волард был здесь, — сказал Мартек.

— Нет, — возразила Нереид. — Он послал смерть. А смерть не ступает, она ползёт.

Она встала, подошла к Нисе, взяла её за руку.

— Не бойся касаться воды. Она не враг. Она — жертва, как и мы. Дай ей свет — и она укажет путь.

Ниса кивнула, запомнила.

У развилки троп Дагорн остановил коня, достал карту, но не раскрыл.

— Мы не пойдём по старой дороге, — сказал он. — Волард ждёт нас там.

— А где он не ждёт? — спросил Лориан.

Дагорн указал на узкую, почти незаметную тропу между камнями.

— Там. Где только птицы проходят. Где карта молчит.

— Это дорога смерти, — сказал Мартек. — Там нет воды. Там нет тени.

— Зато там нет глаз, — ответил Дагорн. — И нет страха.

Ниса посмотрела на него.

— Ты уверен?

— Нет, — честно сказал он. — Но я верю. В тебя. В нас. В этот путь.

И в этот момент она поняла: его сила — не в решимости, а в готовности идти туда, где он не уверен, ради того, в кого верит.

Когда солнце начало клониться к закату, они сделали привал у старого дуба, чьи корни выступали из земли, как кости древнего зверя. Нереид разожгла костёр, но не обычный — она сложила ветки в круг, налила на угли воды из источника, и пламя загорелось синим, тихим, невидимым издалека.