Онлайн книга «Хозяйка аптекарской лавки. Лекарство для генерала-дракона»
|
Бабы засмеялись. Напряжение лопнуло, как мыльный пузырь, и очередь снова зашумела, задвигалась, заговорила разом. Но вечером, закрыв лавку и отпустив Агафью спать, Алёна долго сидела над журналом при одной свече. Она выписала на чистый лист то, что сказал Брюсов о смерти Павла Ивановича. Слово в слово, пока не забыла. Неукротимая рвота. Кровавый понос. Сильная жажда. Судороги в икрах. Смерть на третий день. Холерина. Желудочная горячка. Возможно. Холера, после того как двенадцать лет назад прошла по всей России, нет-нет да и вспыхивала в губернских городах — летом, в жару. Но холера приходит не одна. Она косит улицами, кварталами, семьями. А в доме Вересовых не заболел никто, кроме хозяина. Ни Агафья, которая ухаживала за ним. Ни молодая жена. И стояла поздняя осень. Не лето. Алёна посмотрела на запертую дверь чулана, где в ящике лежали банки «под замок». Там, рядом со ртутью и стрихнином, стояла пузатая склянка с белым порошком, на этикетке которой было выведено:Arsenicum album . Мышьяк. Без вкуса. Без запаха. Растворяется в супе, в чае, в вине. Симптомы при остром отравлении — неукротимая рвота, понос, мучительная жажда, судороги в икрах. Смерть через один-три дня. Её путали с холерой столько раз, что в учебниках истории фармации об этом писали целые главы. Алёна медленно закрыла журнал. «Не спеши, — сказала она себе. — Ты не видела больного. Ты не видела анализов. Ты не знаешь, что он ел, с кем говорил, кому был должен. Брюсов мог ошибиться в диагнозе, а мог и не ошибиться. Холерина бывает и осенью. У тебя есть только совпадение симптомов. Совпадение — не доказательство». Но ящик для странностей в её голове вдруг перестал быть просто ящиком. Он стал похож на папку с делом. На корешке которой кто-то невидимый вывел аккуратным аптекарским почерком:Павел Иванович Вересов. Причина смерти — ? Фосфор вспрыгнул на стол, прошёлся по журналу, оставляя на обложке пыльные следы лап, и улёгся прямо на исписанный лист, будто охраняя его. — Ты что-то знаешь, — тихо сказала ему Алёна. — Ты ведь был здесь. Всё видел. Кот зажмурился и замурлыкал. Свидетель из него был никудышный. Наутро её разбудил не колокольчик, а Агафья. Она влетела в спальню без стука, в одной рубахе и съехавшем набок чепце, и прошептала так, будто в доме был пожар: — Барыня! Вставайте! Одевайтесь! Скорей! — Что случилось? — Алёна села на постели. — Опять ребёнок? — Хуже! — Агафья всплеснула руками. — Карета! У нашего крыльца! Та самая, с гербом! И он — он сам из неё выходит! Господин Штраль! Глава 6. Человек в золотом пенсне Глава 6. Человек в золотом пенсне Из «Аптекарского журнала» А. Вересовой:«Опасные посетители бывают двух видов: те, кто кричит, и те, кто улыбается. От первых помогает валерьянка. От вторых — только хорошая память». Одеться за три минуты в платье, которое застёгивается на двадцать пуговиц сзади, оказалось задачей посложнее, чем вылечить отравление медью. Агафья сражалась с пуговицами, бормоча молитвы и проклятия вперемешку. Алёна наскоро скрутила волосы в узел, заколола шпильками и посмотрела в зеркальце. Чёрное вдовье платье, бледное лицо, круги под глазами. Не красавица. Но и не мышь. — Пусть подождёт, — сказала она, — это полезно. Нам с вами, Агафья, нужно три минуты. Ему — урок. |