Книга Ненужная жена. Любимая генерала Севера, страница 179 – Ангелина Сантос

Я почувствовала, как сжалось горло.

— Но я не могу слышать руны.

— Пока не можешь.

— А если никогда не смогу?

Он не отвел взгляда.

— Тогда придется найти другой способ работать.

Я горько улыбнулась.

— Ты говоришь так, будто это просто.

— Нет. Я прекрасно понимаю, что непросто.

Рейнар посмотрел на поврежденное плечо.

— Когда я впервые получил серьезное ранение, мне сказали, что какое-то время не смогу превращаться. Я тогда решил, что без драконьей формы стану бесполезен как военный.

Я удивленно подняла глаза.

Он редко рассказывал о себе подобное.

— И что произошло?

— Ничего приятного. Я злился, пытался слишком рано вернуться к тренировкам и только ухудшил положение.

— Похоже на знакомую историю.

Рейнар едва заметно улыбнулся.

— Очень. Потом старый командир велел мне перестать жалеть себя и заняться картами. Сказал, что генерал, который умеет только летать и дышать огнем, мало чем отличается от очень дорогого боевого зверя.

Я рассмеялась.

Он тоже улыбнулся.

— Теперь я понимаю, что имел в виду тот человек, — продолжил Рейнар. — Но тогда хотел его придушить.

Я положила голову ему на здоровое плечо.

— А сейчас хочешь придушить меня?

— Иногда.

Я подняла голову.

Он смотрел на меня с совершенно серьезным лицом.

— Особенно когда пытаешься работать без отдыха.

Я толкнула его локтем.

Очень осторожно.

Рейнар рассмеялся.

И впервые после вчерашней ночи мне стало немного легче.

Через два дня после бури Фарн начал подсчитывать потери.

Не торжественно, с длинными речами и благодарственными церемониями.

Обычным, тяжелым способом.

Городские служащие ходили по улицам с журналами. Записывали поврежденные крыши, разрушенные печи, замерзшие водопроводные трубы. Считали мешки зерна, которые удалось спасти со складов, и отмечали дома, куда людям пока нельзя возвращаться.

От Клина остались нижняя часть каменной стены и несколько хозяйственных построек. Два внешних склада оказались непригодны для использования. Северная школа потеряла крышу и часть второго этажа.

В нескольких кварталах потрескалась кладка домов. Магический холод оставил на металле странные матовые пятна, которые не исчезали даже после нагревания. Такие детали требовалось проверять и часто заменять.

Хуже обстояло дело с ранеными.

Тесса почти не выходила из лазарета. Городские лекари работали вместе с военными. Большинство пострадавших удалось стабилизировать, но некоторым предстояло долго лечиться от повреждений, оставленных Стужей.

Погибших оказалось трое.

Сержант Дарен Валль с Клина.

Пожилой работник внешнего склада, который не успел добраться до укрытия.

И молодой возчик, найденный возле западной дороги уже после окончания бури.

Я узнала об этом из официального списка.

И долго смотрела на три имени.

Мне хотелось верить, что наша работа спасла всех.

Но Фарн заплатил за эту ночь настоящую цену.

На третий день после бури в крепостном дворе состоялось короткое прощание с сержантом Валлем.

Рейнар присутствовал, несмотря на поврежденное плечо. Тесса разрешила ему выйти ненадолго, предварительно заставив надеть теплую куртку поверх перевязи.

Солдаты стояли молча.

Возле закрытого гроба находились жена сержанта и двое взрослых сыновей.

Женщина держалась прямо, почти не плакала. Один из сыновей смотрел в землю, второй не отпускал ее руку.