Книга Развод. Муж привел ее в наш дом, страница 47 – Анна Яровая

Иногда его колено касается моего под столом. Каждый раз сердце сбивается.

Степан ухаживает не цветами и красивыми словами. Он меняет замок на калитке, чинит крыльцо, привозит мешок муки, потому что «у Нины Петровны заканчивается». Если задерживается по делам в райцентре, звонит и предупреждает.

А ещё забирает меня из школы.

В первый раз его грузовик останавливается возле ворот неожиданно. Дети сразу прилипают к окнам.

— Дарья Андреевна, за вами дядя Стёпа приехал! — кричит Маша.

— Вижу.

— А он теперь каждый день будет приезжать?

Степан приезжает и на следующий день. Потом ещё раз.

Вскоре я перестаю спрашивать зачем. Просто выхожу после работы и сажусь в тёплую кабину. Иногда мы сразу едем домой. Иногда сворачиваем к реке и несколько минут сидим на высоком берегу, наблюдая, как над водой поднимается туман.

Он не требует назвать наши отношения. Не торопит с обещаниями. Может взять меня за руку, поцеловать на прощание и спокойно отпустить.

Именно это пугает сильнее всего.

Рядом с Игорем каждое доброе действие требовало ответной платы. Подарок означал, что я должна простить. Забота давала ему право решать за меня. Даже любовь становилась долгом.

Со Степаном иначе. Если я говорю «нет», он останавливается.

Если прошу дать мне время, он даёт.

Деревня наблюдает за нами с нескрываемым одобрением.

Тётя Света возле магазина сообщает, что Степан наконец «взялся за ум». Лида уверяет, что половина незамужних женщин Воскресенки меня ненавидит. Даже Анна Семёновна начинает отпускать меня с работы на десять минут раньше, если видит грузовик у ворот.

— Идите уже, Дарья Андреевна, — говорит она. — А то Тихонов всё крыльцо взглядом прожжёт.

— Он просто ждёт.

— Пять лет никого не ждал. А вас ждёт.

Я краснею, как девчонка. Только развод не даёт забыть о прошлом.

Первое заседание назначают на начало ноября. Я еду в город вместе с Павлом Сергеевичем. Игорь не приходит. Его представитель сообщает, что ответчик якобы не получил извещение.

Суд переносят.

На второе заседание Игорь присылает справку о болезни. На третье просто не является. Судья раздражённо листает документы и предупреждает, что бесконечно затягивать процесс не позволит.

Но дни всё равно тянутся.

Игорь больше не звонит. Его молчание тревожит сильнее угроз. Юрист уверяет, что это обычная тактика: муж надеется измучить меня ожиданием и заставить отказаться от требований.

— Финальное заседание назначат скоро, — говорит Павел Сергеевич. — Даже без согласия супруга брак расторгнут.

Я киваю, но поверить в свободу пока не могу. В один из воскресных дней Степан предлагает:

— Поехали, дом покажу.

— Зачем?

— Увидишь.

Его дом стоит на окраине, возле сосновой посадки. Большой, сложенный из тёмного бруса, с крепким крыльцом и широкой крышей. Во дворе чисто, вдоль сарая ровными рядами стоит техника.

Внутри пахнет деревом. Дом просторный. На первом этаже кухня, гостиная и небольшая комната с книжными полками. Наверху три спальни. Мебель крепкая, добротная, но всё выглядит слишком аккуратным и нежилым.

Ни фотографий, ни занавесок, ни какой-либо брошенной вещи.

— Красиво, — говорю я.

— Пусто.

Степан проводит ладонью по спинке стула.

— Один живу. Мне много не надо.

На кухонном подоконнике замечаю небольшой глиняный горшок. В нём растёт молодая фиалка.