Книга Последняя песня о любви, страница 128 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

Над ней склонилась Хелен Маккарти.

Сорча попыталась привстать, опираясь на локти, но не смогла и со стоном опустилась на подушки.

Хелен потрогала ее лоб.

— Сорча, тебя лихорадит. По-моему, ты бредила. Я вызову врача, ладно?

Сорча кивнула. Открытые глаза болели, поэтому она их закрыла и быстро заснула.

Разбудила ее чья-то рука, коснувшаяся лба.

— Сорча, я доктор Дин. Хочу вас осмотреть.

— Глаза режет, – слабым голосом пожаловалась она.

— Откройте, пожалуйста, рот. Пошире.

Врач осмотрел горло, пощупал шею, прослушал сердце и вставил под язык термометр.

— Значит, так. – Доктор Дин убрал инструменты в сумку. – У вас грипп. Попьете аспирин и отлежитесь в постели.

Сорча начала приходить в себя. В голове что-то вертелось, не давало покоя, что-то важное. Неожиданно она вспомнила.

— Который час?

Горло так болело, что говорить было трудно.

— Половина восьмого, вечер.

— А какой… день?

— Вторник, девятнадцатое августа. Вы дома, в постели в Хэмпстеде, – ответил доктор.

— Ой, нет, нет! – закричала она, пытаясь сесть. – Я должна была утром улететь в Нью-Йорк! Кон! Я…

— Не волнуйся, – вступила Хелен, появляясь за доктором Дином. – Кон позвонил в «Метрополитан» вчера вечером, когда не смог до тебя дозвониться. Он связался с Баллимором, с твоей матерью, и она подтвердила, что ты вылетела в Лондон, как и сообщала раньше. Сегодня утром ты не отметилась в аэропорту Хитроу, и я зашла посмотреть, все ли в порядке. И как оказалось, правильно сделала. Что с тобой произошло, пока ты была в отъезде?

— Там лил такой дождь. Я, наверное, простудилась. Хелен, а ты можешь заказать мне билет на завтрашнее утро? Я должна полететь в Нью-Йорк. Я…

— Не говорите глупости, дорогая, – возразил доктор Дин. – Сесть на самолет для вас сейчас все равно что расправить крылья и улететь своим ходом. Сорча, вы больны, и нужно подождать, пока не вылечитесь. Таков приказ доктора. У вас есть подруга или родственница, которая побудет здесь несколько дней, чтобы поухаживать и присмотреть за вами?

— Я…

Сорча прикусила губу, и на глазах у нее выступили слезы.

— Не беспокойтесь, доктор, я что-нибудь придумаю, – пообещала Хелен.

— Хорошо. И умоляю, без глупых выходок, если не хотите оказаться в больнице с пневмонией. – Доктор встал.

— Я вас провожу, – сказала Хелен.

— Спасибо. Поправляйтесь, Сорча. Ведите себя хорошо.

Сорча ужасно жалела себя: она прикована к постели, Кон – в Нью-Йорке, и в довершение всего… Хелен Маккарти – в роли сиделки.

Вернулась Хелен с бокалом пузырящегося аспирина в руке.

— Давай-ка выпьем лекарство.

Она помогла Сорче приподняться и села в изножье кровати, глядя, как та морщится, опустошив бокал.

— Хорошо. Я побуду здесь, пока тебе не станет легче. Завтра я поработаю в кабинете Дженни и попрошу перенаправлять сюда все срочные звонки из «Метрополитан». Кстати, нужно позвонить твоей маме. Она уже, наверное, напридумывала самое ужасное, что только можно представить. Потом Кону. В отеле его не будет, но хотя бы оставить для него сообщение, что ты дома.

— Позвони отсюда.

Сорча слабо махнула рукой на аппарат у кровати.

— Хорошо. – Хелен подняла трубку. – Может, ты скажешь несколько слов маме, а то она не поверит, что все в порядке, пока не услышит твой голос. Ладно, дай мне номер.

После того как Сорча произнесла несколько успокаивающих слов Мэри, Хелен позвонила в Нью-Йорк, в отель Кона и встала.