Книга Последняя песня о любви, страница 129 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Сварю-ка я супчика. Видела в шкафу консервы. Как ты, сможешь поесть?

Сорча покачала головой.

— Ладно, но завтра обязательно.

— Хорошо, обещаю.

— Принести тебе что-нибудь?

— Нет. Спасибо, Хелен.

— Ладно.

Хелен вышла из комнаты и спустилась на кухню.

Открыв консервную банку с супом, она вылила содержимое в кастрюлю и поставила на плиту, чтобы разогреть. Пообедав, включила телевизор в гостиной, посмотрела новости, а чуть позже заглянула к Сорче. Та спала. Хелен коснулась ее лба – жар начал спадать.

Приняв душ и еще раз взглянув на Сорчу, Хелен забралась в постель в комнате для гостей, села, опершись на подушки, и открыла портфель. Сегодня утром из Сити поступили документы, подготовленные бухгалтерами, которые занимаются размещением акций.

Бумаги с цифрами лежали у нее на коленях, но она не обращала на них внимания и уставилась в пустоту – обычная безупречная сосредоточенность ей изменила.

Услышав, что Сорча не села на самолет в Нью-Йорк, Хелен сразу заподозрила, что та знает о романе Кона и Лулу. С этой мыслью она бросилась в Хэмпстед. Хелен хотелось сгладить неприятную новость (ей ли не знать, как умеет обманывать Кон).

Но сейчас Хелен поняла, что Сорче ничего не известно. Так просто совпало: Сорча не смогла полететь в Нью-Йорк из-за болезни.

Тем не менее Хелен беспокоилась. Если цифры давались ей легко, то человеческие эмоции казались абсолютно непредсказуемыми.

* * *

В апартаментах Кона в отеле «Шерри Нетерленд» толпились люди, которых он едва знал. По номеру слонялись представители американской компании звукозаписи, рекламщики, журналисты и фотографы. Они курили, пили и разговаривали. Получилась импровизированная вечеринка, на которой про Кона, хозяина, как бы забыли.

Такая картина была привычной, когда группа появлялась в городе, но сегодня Кона все раздражало. Ему хотелось лечь спать пораньше, собраться с мыслями для завтрашнего концерта.

Днем группа опробовала программу в Центральном парке. Учитывая недостаточную подготовку, технический прогон прошел неплохо, однако напряжение между музыкантами, бесспорно, чувствовалось.

Дерек, обиженный на то, что его песню отвергли, не обращал на Кона внимания. Иан, по обыкновению, витал в иных мирах, хорошо хоть у Тодда было достаточно профессионализма, чтобы забыть об их разногласиях и приступить к работе.

Чья-то рука погладила Кона по спине.

— Здравствуй, Кон.

— Лулу.

Он повернулся к ней и натянуто улыбнулся. С тех пор как Кон проснулся в постели с Лулу, он чувствовал себя неуютно в ее обществе. Он так ничего и не вспомнил о том случае, а когда спрашивал Лулу, она только хихикала.

— А где Тодд? – спросил он.

— Ушел в наши апартаменты. – Ее рука скользнула к нему под рубашку. – Выгони всех.

— Лулу, боже праведный! В комнате полно папарацци и журналюг.

— Я же сказала, разгони всех. Ты весь на нервах. Я помогу тебе расслабиться.

— Тсс, тише!

— Если ты пообещаешь.

— Хорошо-хорошо. – Он откашлялся. – Дамы и господа, вечеринка закончилась. Мне нужно отдохнуть.

На несколько секунд публика разочарованно умолкла, потом разговор возобновился, будто ничего и не было.

— Эти люди как пиявки, – вздохнул Кон. – Присосутся и держатся изо всех сил.

— Прикажи охране вывести публику. Им за это платят, – посоветовала Лулу, глядя на мускулистых мужчин у двери.