Книга Измена. Мой бывший - твой худший кошмар, страница 47 – Ева Найт

— Помню. Но на этот раз я всё-таки попытаюсь тебя накормить за столом. Завтра в семь?

Соглашаюсь и отключаюсь. Потом минут десять стою у окна в своём кабинете, пока Светлана Николаевна не звонит обсудить закупки. Мне сорок шесть, я только что официально развелась со вторым мужем и согласилась на свидание с первым. Дочь даже не удивляется, когда я вечером рассказываю ей, куда собираюсь. Только просит не надевать строгое рабочее платье.

— Мам, ты на свидание идёшь, а не с инвесторами спорить, — говорит она и достаёт из шкафа тёмно-зелёный наряд, который я покупала для семейного праздника. — Вот это надень. Ты в нём красивая.

— А ты откуда знаешь, что я собиралась надеть?

— Потому что ты всегда идёшь разговаривать с Андреем как на войну, — фыркает Полина. — Может, хоть сегодня обойдётесь без финансовых документов.

Она говорит с лёгкой улыбкой, но я вижу, что тревога за студию никуда не делась. В папке на столе лежат свежие вопросы её адвоката. Мы договариваемся, что вечером не будем обсуждать ни Виктора, ни его заявление. Дочь сама говорит, что справится с ужином и домашними делами. Впервые не хочется проверять, действительно ли ей нужна моя помощь.

Андрей встречает меня возле уютного ресторана в старом районе города. Место не показное: несколько столиков у окна, мягкий свет, на полках керамические чаши. Пахнет тёплым хлебом и печёными яблоками. Из кухни доносится приглушённый звон посуды. Он без галстука, в тёмной рубашке; на мгновение я узнаю того молодого мужчину, который когда-то ждал меня у университета и делал вид, будто совсем не нервничает.

— Ты чудесно выглядишь, — говорит Андрей. Он смотрит на моё платье, потом на лицо. — Я хотел сказать что-нибудь умнее, но пока получается только это.

— Ты уже начал удачно, — смеюсь я. — Главное, не пытайся заказать за меня.

Он отодвигает стул, позволяет мне самой выбрать столик и даже не спорит с тем, что я предпочитаю сидеть спиной к стене, чтобы видеть весь зал. Профессиональная привычка. Андрей вспоминает, как на нашем первом свидании я заметила грязное меню и едва не потребовала вызвать управляющего. Я возражаю: меню тогда действительно было липким, просто мне было жалко его красивый пиджак, который он испачкал соусом уже через полчаса.

Мы смеёмся, заказываем еду. Андрей спрашивает про Полину, но, услышав, что она работает с юристом, больше не предлагает помощь. Меня согревает эта сдержанность, хотя я знаю, какой ценой она ему даётся.

— Я до сих пор сержусь за тот звонок, — признаюсь я. — И понимаю, что ты хотел хорошего. Но мне важно, чтобы в следующий раз мы хотя бы заранее поговорили.

— Я понял, — отвечает он. — Только не жди, что я перестану ошибаться. Я иногда принимаю решения быстрее, чем успеваю их с кем-то обсудить. Особенно когда боюсь за близких.

— А я иногда кричу так, что потом сама жалею, — усмехаюсь я. — Значит, придётся учиться. Обоим.

Он накрывает мою ладонь своей. Я не отнимаю руку. В ресторане негромко играет музыка; официант приносит салат, и нам приходится отодвинуть бокалы. Андрей ждёт, пока мы останемся одни, и вдруг спрашивает:

— Ты на самом деле хотела сюда прийти? Или согласилась только потому, что мы теперь разобрались со ссорой?

— Разобрались мы ещё не со всем, — отвечаю я. — Но сюда я захотела. Очень. Иначе сейчас сидела бы дома, проверяла отчёты по восьми ресторанам и ругалась с чайником.