Книга Неудобная для двоих, страница 23 – Анна Жар

— Куда?

— В туалет.

— Он в другой стороне.

— Ты теперь следишь, куда я хожу?

— Эмилио.

Он с раздражённым вздохом лёг обратно, а я едва удержался от улыбки. В одиннадцать сорок две он всё-таки встал. На этот раз я не стал его останавливать. Шаги удалились по коридору и через несколько минут вернулись. Эмилио лёг рядом и некоторое время молчал.

— Не постучал, — наконец сообщил он.

— Я не спрашивал.

— Но хотел.

Да. Хотел.

— Она спит?

— Не знаю.

— Ты не слушал?

— Я не псих.

Я повернулся к нему. Эмилио выдержал мой взгляд, потом добавил:

— Дышит. Случайно услышал.

Я снова посмотрел в потолок. Дышит. Разумеется, она дышала. Я и без него это знал. Но от этих двух слов напряжение в плечах неожиданно ослабло.

После часа ночи Эмилио уснул. Я ещё долго лежал без сна, слушая его ровное дыхание и размышляя о том, насколько легко мы оба превратили желание защитить Лею в привычку решать за неё.

В два двадцать семь я поднялся и спустился на кухню за водой. На обратном пути остановился в коридоре. До гостевой спальни оставалось четыре шага. Я сделал два. За дверью была Лея. Я мог постучать один раз и уйти, если она не ответит. Мог оставить записку или поставить рядом стакан воды. Любое из этих действий выглядело бы заботой, и каждое позволило бы мне убедить себя, что я ничего не нарушил. Я отлично умел находить способы сделать то, что хотел, формально соблюдая установленные правила. Именно поэтому не сделал ничего. Несколько секунд смотрел на дверную ручку, а потом вспомнил, сколько раз говорил Лее: «Иди сюда». Она приходила. Почти всегда, без споров и колебаний. Мне нравилось это, и я был уверен, что ей тоже. Теперь уверенности стало меньше.

Это раздражало сильнее любого обвинения.

Не потому, что всё между нами внезапно оказалось ложью. Я знал, что Лея любила меня, любила Эмилио, любила нашу жизнь. Но её согласие больше не казалось мне доказательством того, что она всегда хотела того же, чего и я. Возможно, иногда она просто выбирала не спорить.

Я положил ладонь на стену рядом с дверью, стараясь даже случайно не коснуться ручки. Постоял ещё несколько секунд и ушёл.

На кухне горел свет. Эмилио сидел за стойкой, сонный и непривычно тихий.

— Ты спал, — заметил я.

— Уже нет.

— Почему?

— Ты встал. Я почувствовал.

— Звучит нездорово.

— Мы женаты. Поздно беспокоиться.

Я налил воды и сел напротив.

— Был у двери? — спросил он.

— Да.

— Постучал?

— Нет.

Эмилио кивнул. Ни похвалы, ни комментариев. Видимо, он тоже начал понимать, что соблюдение просьбы Леи не заслуживает награды. Мы немного помолчали.

— Почему ты соврал ей? — спросил я.

— Мы уже обсуждали.

— Не до конца.

Эмилио потёр лицо ладонями и откинулся на спинку стула.

— Потому что боялся. Думал, если скажу правду, всё изменится.

— И изменилось.

— Да.

— Значит, боялся не зря.

Он тихо рассмеялся.

— Это очень в твоём духе.

— Я серьёзно.

— Знаю. Но дело не только в том, что я боялся последствий. Каждый раз, когда появлялась возможность признаться, я говорил себе, что сделаю это позже. Через десять минут, завтра, когда будет подходящее настроение. Мне казалось, потом станет проще.

— Не стало.

— Нет.

Я сделал глоток воды.

— Я поступил так же с Соланж.

Эмилио ничего не спросил. Он прекрасно понимал, о чём речь.

— Поскольку прошлое не имело значения для меня, я решил, что не имеет и для Леи. Тогда это казалось логичным.