Книга Неудобная для двоих, страница 1 – Анна Жар

Лея

Когда Риандре работал, дом менялся. Становился тише. Не потому, что он требовал тишины. За всё время нашей совместной жизни он ни разу не попросил меня ходить на цыпочках, выключить музыку или говорить тише. Эмилио мог устроить на кухне маленькую итальянскую катастрофу с кастрюлями, музыкой и ругательствами, я могла разговаривать по телефону прямо за дверью кабинета — Риандре не реагировал. Но каким-то непостижимым образом мы всё равно начинали говорить тише. Наверное, потому что напряжение вокруг него становилось почти материальным.

Сегодня оно чувствовалось особенно сильно. Я поняла это ещё час назад, когда прошла мимо кабинета в третий раз и увидела через приоткрытую дверь всё ту же картину: Риандре за столом, ноутбук перед ним, телефон справа, чашка давно остывшего кофе слева. Пиджак висел на спинке соседнего кресла. Рукава белой рубашки были закатаны до локтей. Верхняя пуговица расстёгнута. Плохой знак.

Через полчаса я прошла снова. Ничего не изменилось. Только кофе стало меньше. Я остановилась. Во дворе за окном возился Эмилио. Он решил самостоятельно затонировать новую машину и последние два часа с воодушевлением доказывал неизвестно кому, что «отдавать такую красоту каким-то криворуким ублюдкам» он не намерен. Периодически оттуда доносились звяканье инструментов, итальянские ругательства и музыка. Обычный воскресный день. Если не считать моего второго мужа, который с самого утра выглядел так, словно собирался кого-нибудь похоронить. Я прислонилась плечом к дверному косяку.

— Ри.

Никакой реакции. Я подождала.

— Риандре.

Пальцы над клавиатурой остановились. Вот и всё. Ни взгляда. Ни ответа. Но я улыбнулась. Услышал.

— Ты такой напряжённый. Что-то случилось?

Он не поднял головы сразу. Закончил читать строку на экране. Потом ещё одну. Я знала эту его привычку. Риандре ненавидел оставлять мысль посередине. Будь то предложение в договоре, разговор или что-нибудь совсем другое. Наконец он откинулся в кресле. Кожа тихо скрипнула под его весом. Его взгляд поднялся на меня. Тяжёлый. Прямой. Внимательный. У Риандре вообще не существовало проходных взглядов. Если уж он смотрел на человека, возникало неприятное ощущение, что за эти несколько секунд он успел заметить больше, чем ты собирался ему показать. Я давно перестала считать это неприятным.

— Случилось, — произнёс он.

Голос был спокойным, низким, без раздражения. Но и приглашения продолжать разговор в нём не было. Я всё равно продолжила стоять. Риандре провёл двумя пальцами по переносице. Короткий жест. Вот теперь я насторожилась по-настоящему. Он почти никогда не демонстрировал усталость.

— Контракт с Дельгадо горит. Их юристы вцепились в пункт о неустойке. Если я не закрою вопрос до пятницы, мы потеряем полтора миллиона.

Я поморщилась. Полтора миллиона звучало как достаточная причина провести воскресенье с таким лицом.

— Можно посмотреть?

Его бровь едва заметно приподнялась.

— Ты разбираешься в корпоративных договорах?

— Нет.

— Тогда зачем?

— Хочу выглядеть умной и заинтересованной.

Уголок его рта дёрнулся. Почти улыбка. Я сочла это победой и, не дожидаясь приглашения, сделала шаг внутрь. На экране ноутбука были таблицы, цифры и такое количество юридического текста, что желание выглядеть умной умерло почти мгновенно. Я успела выхватить глазами только несколько строк. DELGADO GROUP. Ниже — ещё одно название. VERNIER HOLDINGS. Я понятия не имела, кто такие Вернье, и через секунду забыла об этом.