Книга Против ветра, страница 293 – Анна Джейн

— О чем вы говорите? – тихо спросила Карлова, облизывая пересохшие губы, не тронутые помадой.

— Я часто о тебе вспоминал. Ты изменилась. – Его голос отчего-то был наполнен болезненным теплом.

— Да о чем же вы? – сжала руку в кулак Марта.

— Опять играешь? Можешь просто сказать: «Убирайся».

— Во что играю?

Зеленоглазый мужчина не успел ответить ей.

— Кто это, Марта? – удивленно спросил Феликс.

Он появился около столика и смотрел на незнакомца, усевшегося на его законное место. Ситуация пианисту не нравилась. А он, кажется, не нравился мужчине, который сумел без проблем захватить чужую территорию и внимание Марты.

— Твой парень? – спросил брюнет, вставая и внимательно разглядывая пианиста. – Музыкант? – вдруг спросил он.

— Музыкант, – ответил Феликс. – А вы кто?

— Хорошо, – неизвестно к чему сказал темноволосый обладатель зеленых глаз, вроде одобрительно кивая, но глядя на пианиста так пристально, что тому, человеку творческому и ранимому, стало не по себе. Феликсу казалось, что его оценивают, дабы понять: разорвать или все же из жалости оставить.

Самоуверенный незнакомец шагнул к Марте и, внезапно наклонившись к ней, произнес негромко, глядя при этом не на ее лицо, а в сторону ночной берлинской панорамы:

— Не думай, не заставляю тебя общаться со мной. Но если понадобится моя помощь, я всегда помогу.

И он протянул ей визитку – черную, стильную, из дорогого сорта бумаги.

Он предлагал ей это от чистого сердца, незаметно касаясь гладко выбритой щекой ее волос.

Марта, испугавшись такой близости их лиц, отвернулась.

— Пожалуйста, отдайте моему менеджеру, – зачем-то сказала Марта.

В горле встал ком – ей внезапно захотелось заплакать, в глазах появилось неприятное напряжение. Не то, совсем не то она хотела сказать этому странному человеку, которого ей болезненно хотелось коснуться – хотя бы мимолетом.

Пространство, заполняя пустоту ее сердца, тревожно загудело.

* * *

Это был третий раз за последние восемь лет, когда Саша видел Марту. Придя в себя, раненный в живот парень никак не мог – или не желал – взять в толк, почему Марта не хочет видеть его. И он решил навестить сестренку и выяснить, что же с ней случилось. Саша прекрасно понимал, и понимал с сожалением, что она, такая слабая и такая хрупкая, пережила по его вине ужасные события – не зря же находится в неврологическом отделении, но он хотел все-таки увидеться с ней, поговорить, попытаться объясниться или попросить прощения. Упрямый Александр не мог оставить это дело незавершенным и пошел искать Карлову в соседнем корпусе больницы, несмотря на проклятую боль в животе, которая постепенно становилась меньше, но продолжала мучить его. Он буквально сбежал из палаты, когда почувствовал, что может более-менее хорошо передвигаться самостоятельно.

Однако Саша пришел слишком поздно.

Вышло так, что он застал момент, когда ее родители и дядя увозили Марту из этой больницы, чтобы поместить ее в другую. Дионов видел, как она медленно идет спиной к нему по коридору вместе с матерью. Та держала ее за плечи, и Саша смотрел Марте в спину, на собранные в низкий хвост длинные светлые волосы, кончики которых почти касались поясницы. На правой руке был гипс.

В сердце его появились сожаление и жалость.

Саша хотел окрикнуть Марту, но не стал делать это при ее родителях и отце Ники, но та вдруг сама оглянулась и посмотрела ему прямо в глаза. У Дионова сердце радостно забилось, он подумал, что малышка, увидев его, обязательно подбежит или хотя бы что-нибудь крикнет – пусть просто спросит, как он, ему будет достаточно! Но Марта равнодушно мазнула по Саше взглядом, отвернулась и продолжила свой путь.