Книга Против ветра, страница 292 – Анна Джейн

«Интересно, а какого цвета у него глаза?» – внезапно подумала она. Наверное, темные, как и волосы. Или нет? Скрипачка вгляделась в лицо незнакомца, который почему-то сильно привлек ее внимание, и вдруг с ужасом поняла, что тот поймал ее взгляд. И не просто поймал, а еще и удерживает его.

Они смотрели друг на друга секунд десять, не меньше, и только потом скрипачка опустила взгляд в открытое меню. А когда вновь подняла с опаской глаза, ощущая себя беззащитной ланью перед хищником, то обнаружила, что брюнет, слегка прихрамывая, подходит к ее столику.

— Здравствуй. – Сел он перед ней на место отлучившегося Феликса.

— Здравствуйте, – опешила Марта от его самонадеянности и наглости, которая, впрочем, с лихвой окупалась небрежным шармом.

Мужчина, склонив голову набок, оценивающе уставился в ее лицо, отчего скрипачка немножко покраснела. Ей казалось, что он разглядывает ее так, будто не видел сто лет. Разглядывает и ничего не говорит.

— Как вы поняли, что я русская? – нарушила молчание Марта.

Она не понимала, что происходит с ее телом – почему сердце колотится, под коленками холодеет, а дыхание учащается. Марта списала это на вино. Недопитый бокал стоял перед ней.

Незнакомец улыбнулся уголком губ:

— По крайней мере, сейчас ты хотя бы заговорила, – сказал темноволосый мужчина чуть хрипло, и Марта поняла, что глаза у него зеленые, с коричневыми крапинками вокруг узких зрачков.

— Что вы имеете в виду? – пробормотала она.

— Я был сегодня на твоем выступлении, – продолжал он, изумляя Марту все больше и больше. – Молодец. Ты все-таки смогла, несмотря на… – Он молча показал взглядом на костяшки пальцев правой руки, которая лежала на столе.

Глаза ее округлились. А он-то откуда знает про ее переломы? Друг того журналиста, что ли? Может, тоже журналист какой-то?

— Извините, я не даю интервью, – сказала нервно Карлова.

— Интервью? О чем ты, Марта? – нахмурил брови брюнет и едва заметно коснулся кончиками зубов нижней губы, будто запрещая себе произносить ее имя.

«Точно журналист, раз знает, как меня зовут», – подумала в панике Карлова. Правда, ее очень смущал тот факт, что мужчина на журналиста похож не был совершенно. Скорее, на владельца какого-нибудь крупного издания.

— Извините, я не даю интервью, – заученно повторила Марта. – Обратитесь к моему менеджеру.

Ее неожиданный собеседник невесело рассмеялся, коснувшись лба согнутыми пальцами левой руки. На широком запястье мелькнули дорогие часы. Кажется, он сделал какие-то выводы. В глубине зеленых глаз мелькнула злость и что-то еще, чего Марта не сумела распознать.

— Понятно. Все так же не хочешь видеть. Что ж, не буду тебе мешать. Рад был встретить тебя, сестренка. Вживую. И рад, что у тебя все в порядке. Что ты играешь. – Он так посмотрел на Марту, что на нее вдруг накатила легкая слабость.

«Сумасшедший поклонник?» – пронеслось у недоумевающей скрипачки в голове.

А сердце ее перекачивало кровь все быстрее и быстрее. И огни Берлина больше не интересовали. Все ее внимание было приковано к странному брюнету с зелеными глазами. Он тоже не мог оторвать глаз от нее. И неожиданно улыбнулся: мягко, искренне и с сожалением. От этой улыбки у Марты зазвенело в ушах. Сообразив, что смотрит на его губы, скрипачка смущенно опустила глаза, но тут же вновь невольно подняла их, желая смотреть и смотреть на этого ненормального мужчину. Ей хотелось любоваться им как картиной – много часов подряд. Мало того, Марте вдруг захотелось коснуться его плеча или руки – неважно, что молодые люди были совершенно незнакомы, а мужчина нес чушь.