Книга Против ветра, страница 232 – Анна Джейн

В подъезде он избавился от парика и быстро переоделся в привычную рубашку-поло, которая подчеркивала подтянутую фигуру и в меру крепкие плечи. Подумав, он оставил в подъезде за мусоропроводом скейт. А после пешком поднялся до квартиры Карловых, где его с нетерпением ждали. До встречи с родителями Ники парень занимался решением важных вопросов, а потому даже не парился по поводу того, как будет разговаривать с ними и убеждать, что их единственная и драгоценная дочурка рядом с ним в безопасности. Но вот когда Кларский, надавив на звонок, вошел в знакомую квартиру семейства Карловых, то натолкнулся на грозный взгляд исподлобья. Он принадлежал забавному невысокому кругленькому субъекту с бородкой и залысинами. В первую и единственную встречу с Ником он едва не огрел его ботинком. А потому Кларский как-то задумался по поводу линии поведения с родителями любимой девушки.

— Так вот ты какой, северный олень, – вместо приветствия изрек папа Ники, мрачно разглядывая наглеца, который посмел помешать его дочери выйти замуж за столь замечательного парня, как Саша – а ведь они планировали вместе с ним в августе съездить на охоту! – Помню я тебя, помню. Ты приходил к Николетте три года назад.

И Владимир Львович упер руки в бока, встав в позу сахарницы. Ник с усмешкой подумал, что все кому не лень обзывают его оленем. Впрочем, отцу любимой он это спустил.

— Здравствуйте, – негромко, но твердо поздоровался Никита.

— Добрый вечер. Мы ждали вас, – поздоровалась с ним мама Ники, появляясь из кухни в фартуке – она готовила ужин для гостя.

В отличие от мужа Людмила Григорьевна была настроена куда миролюбивее. Она помнила, как смотрела три года назад на этого статного серьезного юношу ее дочь. И если сейчас Ника готова все бросить и уехать с ним, это что-то да означит. Наверняка она влюблена в этого Никиту, да и он, судя по всему, к ней хорошо относится. Запрещать взрослой дочери уезжать с ним Людмила Григорьевна не могла. Понимала, что это не поможет. Внимательная женщина видела и беспокойство в его серых глазах, и то, какой едва заметный огонек зажегся в них, когда к Никите выбежала Ника и неожиданно обняла.

— Я тебя так ждала, – прошептала взволнованно Ника на ухо Кларскому, касаясь губами его щеки под очень неодобрительным взглядом отца.

Тот никак не мог взять в толк, почему дочь так поступает. Владимир Львович дулся и не желал, чтобы любимая дочурка его покидала и «сматывалась непонятно с кем в непонятно какую дыру». Да и Сашу ему было жалко – мужчина даже звонил ему и разговаривал по поводу того, как поступила его дочь. Александр разговаривал сухо, но спокойно и поблагодарил Владимира Львовича за заботу, что даже растрогало папу Ники. Правда, если бы он знал, что в это время Дионов находился около его любимой племянницы Марты, которая выбирала кольца на фиктивную свадьбу, то резко поменял бы мнение о несостоявшемся зяте.

— Проходите, – улыбнулась не слишком весело, но искренне Людмила Григорьевна. – Проходите, Никита, мы вас очень ждали.

— Очень, – многозначительно подтвердил ее муж, сверля умника взглядом голубых глаз.

— Я приготовила ужин, – бросила взгляд на супруга Людмила Григорьевна. – Ника мне помогала. Она хорошо готовит, кстати говоря.

— Моя дочь – вообще сокровище, – гордо изрек Владимир Львович, явно намекая, что это сокровище кому попало отдавать он не намерен.