Книга Развод в 45. Богатые тоже платят, страница 31 – Рина Беж

Нет.

Нисколько.

Я высказала то, что поняла и приняла. Достучаться до него — цели не стояло. Если моему мужу удобнее быть страусом, пусть и дальше им остается. Прячет голову хоть в песок, хоть в задницу другого страуса — без разницы.

Вновь разворачиваюсь, чтобы возобновить подъем по лестнице. В спальню к Ришке. Уверена, моя эмоциональная девочка сейчас горько плачет. И боюсь, что не ошибусь, если предположу, что и Ланка тоже. Одна еще подросток, вторая — беременяшка. Обе эмоционально нестабильные и очень ранимые.

Но Бардин снова не отпускает, затягивая в разговор.

— Я не уйду сегодня из дома, — летит в спину его очередное заявление. — Останусь ночевать здесь. Ясно?

Напугал ежа голой жопой.

— Хозяин-барин, — пожимаю плечами. — Бросаться на шею и кричать «Ура!», уж извини, не стану. Как и сочувствовать твоему горю.

— Горю? Ты о чем? — улавливаю недоумение и не сдерживаю ехидства.

— Ну кто ж знает, чего ты свою любимку вдруг сегодня ночью игнорируешь? Вдруг на каждый день мужской силы уже не хватает?!

Приторно-печально вздыхаю, играя бровями, и теперь точно ухожу.

— Да ты вообще что ли?!

Бардин разоряется непечатными фразами, но я пропускаю их мимо ушей. Пусть повоняет немного или много, ему в любом случае полезно.

А мне уже все равно.

— Мама, и что теперь будет? — своих девчонок нахожу в спальне Ришки.

Как и предполагала, обе в слезах. Сидят в обнимку, и кто кого успокаивает — тот еще вопрос.

— Развод, девочки, будет, — не скрываю от них очевидного.

— Но как же так?

— А другого выхода нет?

Перебивают они друг друга.

На лицах обеих я вижу отражение собственных эмоций, что преследуют меня вот уже несколько дней — неверие, страх, беспомощность, разочарование.

Но помочь тем, на что они пусть и молчат, но глубоко внутри рассчитывают, я не могу. Потому отвечаю твердо:

— Для меня — точно нет. Я вторых шансов предателям не даю.

— А для нас? — спрашивает Марина. — Есть другой выход?

Подсаживаюсь к младшенькой, обнимаю ее одной рукой, а вторую протягиваю старшенькой.

— Так это ж не вы, дочь, разводитесь. Не ты, ни Лана, а я. Вас отец как любил, так и будет любить дальше. Тут все остается неизменным.

— Но он… он уйдет? Он нас бросит?

Снова пожимаю плечами.

Последнее время я часто так делаю. У меня на столько вопросов нет ответов, будто я не взрослая тётя, а маленькая испуганная девочка. Потерянная и дезориентированная.

Только это не так. Я взрослая. И я непременно со всем разберусь.

— Он не хочет уходить, Риша, — отвечаю в итоге, как есть, — но… мне некомфортно с ним жить под одной крышей. Тем более, если он когда-нибудь решит привести в этот дом свою любимку.

— Её? Сюда?

— Зачем, мама?

Восклицают обе девочки одновременно.

— Может, чтобы с вами познакомить. Может, чтобы тут жить вместе с ней. Это лишь предположение.

— Какой ужас! Я сойду с ума! — восклицает Света, обнимая свой заметно округлившийся животик.

— И я тоже! — вторит ей Риша.

«Как я вас понимаю, золотки!» — отвечаю им мысленно, а вслух говорю иное.

— Знаете, что я думаю, мои хорошие?

— Что? — устремляют на меня так похожие на отцовские глаза.

— Что ваш папа сделал одну очень правильную вещь.

— Какую именно?

— Ту, когда купил путевки на море. Их нужно использовать, девочки. Непременно. Нечего вам в таких условиях пребывать. Послезавтра вы летите отдыхать.