Книга Цветочный детектив, страница 53 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

— Так. – В горле у Вероники запершило.

— Какие долги? Ничего ты мне не должна. – Алла мечтательно улыбнулась. – И опять же, у меня есть сбережения. Проживем. Скоро лето. Укатим с тобой на дачу. Там Павел Анатольевич ждет тебя. Ой как ждет! Говорил мне тут давеча в телефонном разговоре, что работа для тебя у него есть.

Павел Анатольевич возглавлял районный Дом культуры в поселке, где у Аллы была дача. Был молодым, симпатичным, веселым. И свято верил в возрождение культуры в русской деревне. Веронику давно и настойчиво звал к себе библиотекарем.

— Зарплата достойная, – уверял он. – И работа интересная. Оборудуют библиотеку после ремонта по высшему разряду, Вероника Матвеевна. Самое время вам ее возглавить.

Ремонт закончился прошлым летом. Библиотечный фонд пополнили, снабдили шикарным оборудованием, мебелью. Только заведующей библиотекой все никак не находилось. Люди приходили и уходили ни с чем. Не соответствовали требованиям директора ДК.

— Это он нарочно время тянет. Все тебя ждет, Ничка, – лукаво улыбалась, глядя на нее, Алла. – Не хочешь жить на моей даче, Павел Анатольевич тебе служебное жилье подберет…

Но Вероника не принимала подобных предложений. Уехать из Москвы жить в деревню?! Да вы что? В своем уме?

— Конечно, – недовольно морщила губы Аллочка. – Лучше с твоим блестящим литературным образованием официанткой господам служить, чем нести культуру в массы…

Разговор всегда заканчивался ничем. И вот сейчас Алла снова к нему вернулась. Интуитивно чувствуя настроение своей молодой соседки, она тревожилась. И на сей раз было от чего.

— Аллочка, – окликнула ее Вероника, уже стоя на лестничной клетке и запирая дверь своей квартиры.

— Да, милая. – Та свою дверь как раз отпирала.

— А у нас девушку убили.

— Как это?! – В карих глазах Аллы заплескалась тревога. – Прямо в ресторане?!

— Нет. Она уволилась, и тем же вечером ее не стало. – Вероника опустила ключи от квартиры в маленький кармашек рюкзака, застегнула молнию.

— А чего уволилась?

— Отказалась делать татуировку в виде орхидеи. Швырнула передник в лицо моей сменщице. И ушла. А вчера пришла полиция. Сказали, что девушку убили. При каких обстоятельствах, не знаю. Но как‐то странно все. – Вероника жалко улыбнулась. – И тревожно.

Павел Анатольевич Аристов внимательно рассматривал себя в зеркале. И находил, что, невзирая на солидный костюм, в который он каждое утро облачался, и солидное обращение к нему по имени-отчеству всякого встречающегося, он так и остался мальчиком в коротких штанишках. И никак из них не вырастет.

Виной тому были не только его белокурые кудри, которые не признавали никаких стрижек и топорщились завитками во все стороны. И не добродушный нрав, и не желание улыбаться каждому наступающему дню. И даже не его привычка кормить всех бродячих кошек и собак. Конечно же, не в этом была причина его недовольства собой. А в том, что единственная девушка, в которую он тайно был влюблен уже несколько лет, не воспринимала его всерьез.

Все его предложения поменять ее жизнь отметала. Над каждым его жизнеутверждающим постулатом посмеивалась. В людях, в отличие от него, видела не только хорошее. Часто бывала настороженна и грустна. И еще она не разделяла его страсти к цветам.

Роясь в себе сверх положенной нормы, Павел Анатольевич находил все свои увлечения смешными и несерьезными. И критику милой девушки считал вполне обоснованной. И в том, что к нему все обращались по имени-отчеству, тоже видел некую насмешку. Он молодой, еще тридцати лет нету, а его вон уже как величают.