Книга Шепот кружевных берез, страница 104 – Людмила Мартова

Снежана вспомнила, как испугалась Лесникова, впервые увидев его в роще. Мрачный, нелюдимый, действительно пугающий. А еще его супруга, та самая, на которой он женился сразу после скандала в детдоме, работала фельдшером. А значит, имела доступ к медикаментам. Вдруг в их число входил скополамин?

— Позвонишь Уварову? – спросила она у мужа.

— Да, – кивнул тот, – вот только никаких доказательств ни у него, ни у меня нет.

* * *

На следующее утро Зимин сразу после завтрака уехал в райцентр, чтобы поговорить со следователем, а Снежана, забрав детей, опять отпустила маму на процедуры. Она собиралась пойти с малышами на детскую площадку, но на улице зарядил дождь, довольно сильный и какой-то веселый, что ли.

По крайней мере, капли, стучащие по подоконнику, были мелкими, частыми и бойкими. Они не лились сплошным потоком и не затягивали картинку серым беспросветным хмурым маревом, а прыгали, словно кто-то невидимый задорно встряхивал над землей мелкое сито. Под их дробный стук хотелось отбивать ритм ногой.

Облака казались не тяжелыми, а светло-серыми, рыхлыми, похожими на взбитую ветром вату, сквозь которую проглядывало голубое небо. Судя по всему, дождь планировал скоро кончиться. Из приоткрытой форточки тянуло свежестью. Пахло талой землей, прелой листвой и первыми почками, словно дождь принес в усадьбу ароматы из березовой рощи.

— Мама, мы пойдем гулять?

Ванечка дергал мать за рукав, нетерпеливо пританцовывая рядом с ней и сосредоточенно хмуря брови.

— Мы не можем гулять, потому что дождик, – рассудительно сказала Танюшка. – Мы промокнем и заболеем, а маме потом с нами возись.

Снежана улыбнулась дочкиной обстоятельности.

— Твоя сестра права, – сказала она сыну. – Но дождик скоро кончится, и мы обязательно пойдем на улицу. Ты куда хочешь, в парк или на детскую площадку?

— На площадку, – подумав, сообщил сын. – Там клоуны. Сегодня обещали мыльные пузыри.

Да, работа детских аниматоров в санатории налажена просто на отлично. Молодец Дмитрий Юрьевич, даже о таких мелочах подумал. В дверь постучали, и на пороге появилась горничная Вероника. Обычно живая и улыбающаяся, девушка сегодня была чем-то явно озабочена.

— Я уберусь или позже прийти? – коротко спросила она.

— Нет-нет, мы не будем вас задерживать, пока сходим в игровую комнату, а там, глядишь, и дождик кончится, – приветливо сказала Снежана. – У вас все в порядке? Может, чем-то помочь?

— Да вы уже и так помогли, – на глазах у Вероники появились слезы. – Это же вы, говорят, Дмитрия Юрьевича спасли. Если бы не вы, так неизвестно, чем все могло кончиться.

Вот что. Оказывается, Вероника переживает за Крайнева. Любопытно, что это? Девичья влюбленность или нечто большее?

— Насколько я знаю, с Дмитрием Юрьевичем все в порядке. Рана у него не опасная. Крови он потерял немного, и даже сотрясение мозга легкое совсем. Его обещали отпустить из больницы. Так что никакой нашей заслуги в его волшебном спасении нет. Просто повезло, что удар оказался не очень сильный. А папа ваш что говорит?

Снежана ужасно гордилась собой, что так ловко вывела разговор на фигуру Лесникова, которым сейчас интересовалось следствие.

— Папа ужасно расстроен. Понимаете, для него Рощино в целом и усадьба в частности – особое место. Он не мыслит своей жизни нигде, кроме как здесь. Я никогда этого не понимала. Пока в школе училась, мечтала уехать отсюда навсегда. Туда, где настоящая жизнь, в Москву, например.