Книга Во чреве кита, страница 4 – Даниель Краус

Застежка — единственная деталь снаряжения, которую Джей починил сегодня. Вчера в дайвинг-магазине, когда он заправлял баллон, он её не чинил. Он провёл там как можно меньше времени. Все в местных магазинах почитали Митта Гардинера — местную легенду, ходячий энциклопедический справочник морских знаний. Их глаза всегда сияли в надежде на одобрение старого дайвера, в то время как Джей, бесполезный младенец, скучал. Друзья-дайверы знали, что Митт пьёт — чёрт, именно так из него и вытягивали самые лучшие истории — но они не знали, что он алкоголик, периодический уголовник, недовольный жизнью человек, который не мог удержаться на одной работе дольше пары лет и вел себя так, будто это было свидетельством его принципов.

Принципы: отличный повод для того, чтобы вести себя как мудак.

Теперь братья по дайвингу не просто игнорируют Джея. Теперь они его презирают. Как-то эта история просочилась: долгая болезнь Митта, эгоистичный отказ сына облегчить его страдания. Они не знают, каким был настоящий Митт. У них нет ни малейшего представления.

Итак, Джей отнес свой гидрокостюм в магазин «Mel’s Shoes» в Дел-Рей-Оукс и имел дело с Мелом — тысячелетним стариком, который не мог отличить гидрокостюм от плавок «Фармер Джон, - но провел своими морщинистыми пальцами по молнии гидрокостюма, словно языком по зубам. Теперь Джей дергает затяжку, и молния, словно на американских горках, скользит по изгибу его позвоночника, запечатывая его внутри. Он выдыхает.

— «Если Бог есть, Мел, да благословит тебя Бог.

— Когда попадаешь в затруднительное положение, сапожники — твои лучшие друзья. Познакомься со своим местным сапожником, Джей. У этих старых чудаков навыки, как ни у кого другого на свете.

Папа говорит это, втискиваясь в ярко-красный вулканизированный резиновый полный сухой гидрокостюм с лицевым щитком из ПВХ. Выглядит круто, будто он отправляется сражаться с инопланетянами. Но это не так. Они находятся на поле для гольфа «Пеппер-Хиллз, - в двадцати минутах езды от дома, которые кажутся двадцатью миллионами. Бесконечное море подстриженной травы. Клубный дом из дерева цвета голубиного крыла. Нынешняя работа папы? Он входит в команду из трёх человек, ныряющих за мячами для гольфа на дне прудов «Пеппер-Хиллз. - Белое золото, — говорит папа. По двадцать пять центов за мяч? Джей скептичен, но папа говорит, что в сумме получается неплохо.

Двое других дайверов, надевающих снаряжение, — восемнадцатилетние. Это слишком близко к двенадцати годам Джея, чтобы он не покраснел.

Папа не перестает болтать о своих классных работах. Сбор морских ушек, работа на нефтяной вышке, погружения за икрой сельди на Аляске; у него на бедре есть топографическая татуировка сороковьёго штата. Нэн и Ева всегда закатывают глаза при этих рассказах, а мама, молча, ставит еду на стол. Джей думает, что это потому, что эти истории относятся к временам до мамы, когда папа бродил и нырял, где ему вздумается, когда он был — иначе и не скажешь — счастлив.

Это сводит Джея с ума. У папы есть всё, чего только может пожелать мужчина. Жена, которая обожает его, несмотря на его недостатки. Две дочери, с которыми он обменивается шутливыми колкостями. Сын, которого он мучает.

По-видимому, этого недостаточно.

С тех пор как у Джея появились собственные воспоминания, работа отца перестала соответствовать тому уважению, которым он пользуется среди местных дайверов. Осмотр сточных труб: проверка того, где дерьмо поступает из труб в океан. Ремонт свай пирса с использованием пластика или цемента. Очистка корпусов лодок от ракушек, мха и мшанки для местных яхтсменов — доллар за фут, а потом рвота в канаву из-за меди и цианида в краске.