Онлайн книга «Кризис Ж»
|
Филипп трубку не взял, прислал еще одно сообщение: «На совести. Перезвоню». Видимо, имелось в виду «на совещании» – совести-то у него нет. Я хотела передать привет его новой сотруднице, обозначив таким образом тему будущего скандала, но передумала: слишком много чести. Попыталась успокоиться, поводив настольными грабельками по песку, но укололась кактусом, который подарила когда-то Солнечная: «пустынька» теперь стояла на моем шкафу. Я разозлилась заново и опять открыла новость об Аллином назначении. Оказывается, в первый раз я не дочитала ее – помешала вылезшая реклама. Теперь же я увидела, что руководитель ивент-отдела издательского дома OMG Филипп Шопин выражает надежду, что Алла Солнечная благодаря своему опыту в международных компаниях справится с амбициозными задачами, которые перед ней стоят. — Лиз, – позвала я, сдерживая смех. – А ты знала, что он Шопин? Я как-то нет! — И я нет, – обрадовалась Барбос. – Ну, то есть узнала, только когда они со мной связались. Извини, надо было тебе рассказать, наверное. Не то, что он Шопин, а то, что они меня хантили. Но я не знала про Солнечную, а на Новый год этот Филипп и так себя показал во всей красе, я думала, вы больше не увидитесь… Лиза частила и оправдывалась, и я ее остановила: — Неважно. Важно, что Шопин. — Это, по идее, он должен к нам на работу пойти, – со своего места пошутила Настя Попик, сняв наушники. – А вообще мне обидно! Всех к себе позвал этот ваш Шопин, кроме меня. Я что, наименее ценный сотрудник? Или он подумал, что Шопин и Попик не должны работать вместе? — Да он наверняка считает себя не Шопиным, а каким-нибудь Шопеном и готов в доказательство предъявить фамильный герб… Тут господин Шопин-Шопен мне как раз перезвонил. В нашей беседе я, к сожалению, оказалась не на высоте. Плохо подготовилась, да и трудно выдерживать давление человека, хронически находящегося «в своем праве». — Я не понимаю твоих претензий, – сказал Филипп. – Я сделал Алле предложение, ее оно устроило. Она не твоя рабыня, напомню, а наемный работник. Наши с тобой личные отношения не должны влиять… — Ты же знал, что у меня День сырка! – кричала я. – И всего три сотрудника. Ладно личные отношения, но есть же профессиональная этика. — Конечно, твой сырок важнее всего на свете, – вздохнул Филипп. – И тебе плевать, что у меня новая работа, переезд в Новогиреево и бесконечный стресс. Как я устал, goodness! Босс давит, родители давят, жильцы в Новогиреево истерики устраивают. — Так у тебя там жильцы? – переключилась я на новую тему. — Были. Я попросил их освободить квартиру перед Новым годом, так они скандалили, отказывались платить за клининг, хотя это было оговорено. Велосипеды еще на балконе… — Велосипеды? — Детские, две штуки, они их забыли. Теперь забирать приедут неизвестно когда, мне все это надо в голове держать, а завтра грузчики… И ты еще! Можем мы поговорить, когда ты успокоишься? А сейчас закончить на позитивной ноте? Сил нет, правда, – произнес он добродушно и примирительно: прощал меня, так и быть. Два велосипеда – думала я. С Новым годом, родители двоих детей. Я не стала заканчивать разговор с Филиппом Шопиным (да, я рада, что он оказался не Разумовским) на позитивной или какой-либо еще ноте. Бросила трубку, каюсь. И пошла на следующее собеседование. |