Книга Кризис Ж, страница 231 – Евгения Батурина

— В общем, грузчики увезли мои вещи в Новогиреево, я еду следом, не могу уже ждать. Деда и Дашку организовал искать собаку. Пишите тогда.

Организовал – как хороший начальник. И уехал, потому что грузчики.

Я сразу побежала в Нескучный сад, там минут через пять встретилась с Борисом Ивановичем и Дашей. Они уже начали поиски, обошли двор и прилегающие территории. Борис Иванович был оптимистичен и деловит, Даша плакала и вытирала слезы варежкой. Мы обменялись телефонами и пошли в сторону Парка культуры разными дорогами. Звали Гришу, опрашивали встреченных собачников и обычных прохожих, смотрели внимательно под ноги и по сторонам, вслушивались – вдруг что-то скрипнет, вдруг раздастся знакомый топот и такое родное «НАФОЛ!!».

Но Гриша нас не нашел. Когда мы вернулись к дому, я уже тоже готова была размазать слезы варежкой, только варежки дома забыла.

— Ну что ж, – сказал не теряющий бодрости Борис Иванович, – нужно развесить повсюду объявления. На столбах, деревьях, заборах, чем больше, тем лучше.

— Я могу распечатать, – сказала я. – Съезжу домой и привезу тогда.

— Да это бесполезно, – всхлипнула Даша. – Кто их читает, эти объявления. И кто ночью узнает черную собаку в черном парке… Если он, конечно… Если…

— Жив, – заявил Борис Иванович по-актерски убедительно. – Вот увидите. Кто-то подобрал наверняка. Возможно, даже кто-то из соседей, дом-то большой. На двери подъездов тоже надо объявления повесить.

— Слушайте, есть же соседские группы в соцсетях, – вспомнила я. – Районные, в каждом районе своя. Народ там активный и отзывчивый. И котят пристраивают, и парикмахеров советуют, и скидками обмениваются. Вот бы там написать, что пропала собака. Вы не состоите в какой-нибудь такой группе?

— У меня мама вроде бы… – неуверенно сказала Даша. – Я спрошу.

— Ага, это же Гагаринский район?

— Типа, – Даша уже писала своей маме. – Да, мама в группе!! Сейчас попрошу ее!

— А я попробую вступить в несколько соседних и там тоже про Гришу рассказать, – предложила я. – Хамовники, МГУ, что еще?..

— Тематические еще, – всхлипнула Даша. – Типа «Потеряшки», что ли…

— Я вообще не понимаю, о каких группах речь, так что пойду-ка сделаю еще кружок по саду, – сказал Борис Иванович и решительно поправил клетчатый шарф в старом пальто. – Сосиски с собой возьму только, может, почует.

Ночью я сидела в Нехорошей квартире, переписывалась с незнакомыми людьми в соцсетях и периодически принималась рыдать. Кот Зайка лежал рядом и не мог взять в толк, что это со мной: какой еще Гриша, мэ? зачем он нам? котик же здесь, дома, такой хороший. Я гладила Зайку, вспоминала, как он пару месяцев назад сбежал из дома в сумке – и опять плакала: тогда-то все закончилось хорошо, а теперь не факт. Гриша маленький даже для гриффона, а на улицах большие злые собаки, большие злые машины и злая холодная зима. Филипп сказал, что даже комбинезон на Гришу не надел – ненадолго же вышли. В дверях появлялась то Антонина, то Гоша, то Илюха с Кузей. Гоша сверстал объявление и распечатал на принтере много копий. Антонина безуспешно пыталась накормить меня ужином или таблетками. Дети, маленькие и большие, просто были растеряны – я при них раньше не плакала, и теперь они хотели, чтобы это немедленно прекратилось.

— Собаки возвращаются домой. Даже через десять лет, я читал! – трубил Илюха.