Книга Священный город бога-предателя, страница 296 – Лия Арден

В прошлый раз она поднималась по этой лестнице медленно, оттягивая мгновения. В этот раз придерживала юбку и шагала так быстро, насколько была способна. Малек поддерживал её, зная, что в подобном наряде подъём по ступеням – занятие не из лёгких.

— Это всё Махра, Найра. Малек бы не позволил, – начал оправдываться Саир, когда они достигли входа. Он подхватил сестру под другую руку, будто боялся, что она упадёт.

— Я планировал сбросить его с этой лестницы, узнав, что произошло, но после увиденного не могу, – хмуро добавил старший брат, а Найра глядела то на одного, то на другого, не понимая, что происходит.

Они повели её ко входу, не дожидаясь пока способность говорить вернётся к сареше. Они прошли в распахнутые двери и попали в длинный коридор, который привёл в сад. Братья больше ничего не пояснили, вероятно решив, что лучше Найре всё увидеть своими глазами. Оказавшись во внутреннем дворе, они замерли.

Сады выглядели скудно: трава жухлая, кусты вялые, а смоковица и гранатовые деревья были лишены не то что цветов и плодов, но даже листьев. Всё выглядело жалким и действительно умирающим, несмотря на бьющие чистой водой фонтаны. Словно кровь в этом организме продолжала течь, но он уже был мёртв.

Внутри столпились оставшиеся жрицы и гости. Как и положено, были как политики и знать, так и обычные ремесленники и торговцы. Но никто из присутствующих не заметил появление Найры, все с восхищением следили за человеком, босыми ногами шагающим по траве.

— Что он… – промямлила Найра, не зная куда смотреть: на его белые одежды, доказывающие, что этого мужчину выбрали играть Иругу, на его затылок в надежде, что он повернётся и она его увидит лицо, или же на его ноги, под которыми трава зеленела на глазах.

Взгляд сареши остановился на ногах. Она часто заморгала, решив, что это не более чем обман света и тени, какая-то иллюзия, но мужчина шагал по траве, а она наливалась жизнью. Он наклонился коснулся пальцами поникших тюльпанов, и те распрямились, распускаясь на солнце. Он продолжал ходить кругами, трогая всё подряд, и растения оживали.

Найра уже поняла, кого видит, ещё до того, как Афшан обернулся. Однако он её пока не заметил, его заинтересовало полностью высохшее гранатовое дерево. Почти все листья почернели, вокруг на земле валялись остатки красных лепестков, как если бы дерево пару дней назад цвело и благоухало, а потом за считаные мгновения превратилось в иссохшего мертвеца.

Найра не отрываясь следила за хмурым выражением лица Афшана. Он так ни разу и не улыбнулся, а на все созданные чудеса глядел с отрешённостью и долей недовольства, будто никак не мог решить поставленную перед ним задачу.

— Он просто это делает. Мы не знаем, как и почему. По его словам, он тоже не понимает. Рассказал, что в Фарсиде подобного с ним не случалось, – вполголоса объяснил Саир, пока Найра следила, как Афшан приметил хетрейскую девочку, которая пыталась что-то показать царю. – Возможно, Кияна хочет что-то нам сказать.

Найра затаила дыхание, наблюдая, как Афшан направился к девочке лет восьми. Та демонстрировала ему обломанную ветку. Голый сучок издалека казался совсем сухим, готовым рассыпаться от одного неосторожного прикосновения. Афшан наклонил голову, разглядывая мёртвый кусок дерева, а после прикоснулся к нему. Все вокруг, кроме девочки, отпрянули. Афшану удалось вдохнуть жизнь даже в обломанный кусок дерева. Тот немного вытянулся, обрастая сочными зелёными листьями, а следом раскрылись маленькие белые цветы.