Книга Князь Андер Арес 12, страница 112 – Тимофей Грехов

Гостей набралось человек сто.

Родня с обеих сторон, друзья Артёма, подруги Ксюши. Мать с отцом были уже здесь. Мама плакала с самого утра, а отец держался, но по губам было видно, чего ему это стоит.

Я, разумеется, был с Соней.

Она приехала в тёмно-зелёном длинном платье с открытыми плечами и в накинутой сверху шубе, и, пока мы шли от машины к дому, я видел, как поворачиваются головы. Мать обняла её первой, раньше, чем меня, и я понял, что вопрос о Соне у матери в голове решён давно и без моего участия.

На свадьбе был и Виталий. Его пригласил Артём. Позже я узнал, что куратором от ФСБ назначили Виталия. И он посчитал это отличной возможностью лучше наладить общий язык.

Он пришёл с Мариной и оба старательно изображали, что оказались рядом случайно. Я поздоровался с обоими, Виталий пожал мне руку крепко и я, признаться, заглянул к нему в голову из осторожности, потому что вдруг генерал Лебедев продолжал собирать на меня папку, и сын генерала мог что-то знать. Но всё было в порядке.

Однако, я увидел информацию о Марине.

Оказывается, они встречались уже месяц. И никому не говорили. Виталий боялся, что отец решит, будто он завёл роман с подчинённой, хотя Марина ему не подчинялась, и сам ещё не верил, что это надолго.

Я посмотрел на Соню. Соня смотрела на Марину с Виталием и улыбалась так, что стало ясно: она всё знает и ждёт, когда ей соизволят сообщить.

Семья, что тут скажешь.

Артём стоял под аркой в тёмном костюме, и держал руки за спиной, чтобы никто не видел, как они дрожат. Я стоял чуть позади него и справа, потому что был свидетелем, а Соня сидела в первом ряду рядом с моей мамой.

Наконец-то заиграла музыка и все сто человек на стульях повернули головы к дому.

Двери особняка открылись.

На крыльцо вышел отец в костюме, купленном ради этого дня. Он остановился на верхней ступеньке, обернулся и протянул руку в темноту дверного проёма.

И вывел Ксюшу.

Белое платье без шлейфа, с высокой талией, скроенное так, что живот был почти незаметен. Фата до плеч. Волосы убраны. Она держалась за отца и смотрела вперёд, на арку, на Артёма, и лицо у неё было такое, что мать в первом ряду всхлипнула вслух.

Они пошли по дорожке. И отец остановился у арки, взял ладонь дочери и вложил её в руки Артёма.

Артём взял Ксюшину ладонь, а она смотрела на него снизу вверх, и на секунду они оба забыли, что вокруг сто человек, музыка и камеры.

Ведущая церемонии немного выждала и заговорила.

Я, признаться, слушал вполуха. Слова там были стандартные, про союз двух сердец и про то, что с этого дня они идут по жизни вместе.

— Артём, — сказала ведущая, — согласны ли Вы взять Ксению в жёны, быть с ней в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Согласен, — сказал Артём.

— Ксения, согласны ли вы взять Артёма в мужья, быть с ним в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?

— Согласна, — ответила сестра.

Дальше были клятвы, которые они написали сами.

Артём достал из внутреннего кармана листок, развернул его, посмотрел на него, сложил и убрал обратно. Он заговорил своими словами. Что он знает Ксюшу всю жизнь, что видел её с косичками и с разбитыми коленками, что долго считал её младшей сестрой лучшего друга и ничего больше, а потом однажды посмотрел и понял, что опоздал на много лет. Что он обещает не опаздывать больше. Что обещает быть дома, когда нужен. Что обещает, что их ребёнок никогда не увидит, как отец кричит на мать.