Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 70 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Семён кивнул, оценивая расстояние.

— Понял. Перекроем.

— И вот ещё что, — я сделал паузу, оглядывая суетящихся дружинников. — Новиков с арбалетами с собой возьми. Им практика нужна, а в поле они сейчас только мешаться будут. Пусть держат ворота на прицеле. Если кто нос высунет, стрелять без предупреждения.

— Сделаю, — ответил Семён, махнул рукой троим своим лучникам и гаркнул на молодых парней, вцепившихся в арбалеты. — А ну, за мной! И не зевать!

Когда заслон выдвинулся на позицию, начался банальный грабёж. Или, как я предпочитал это называть, экспроприация ресурсов для нужд промышленной революции.

Со мной рядом стоял Григорий, молча наблюдавший, как наши воины сноровисто выносят добро из домов и сваливают всё в кучу у одного из крайних строений. Со стороны леса, от которого мы приехали в деревню, появились наши дружинники, правящие пока ещё пустыми телегами.

— Грузите плотнее! — командовал Богдан где-то в гуще событий. — Зерно на дно, тряпки сверху!

Началась погрузка. Скот, мыча и блея, сбивался в кучу. Овец было много, коров, поменьше. А вот с лошадьми вышла накладка.

— Тьфу ты, прости Господи, — сплюнул под ноги подошедший Ратмир, ведя в поводу трёх коней. — Дмитрий, глянь, слёзы одни, а не кони.

Я осмотрел добычу и действительно, без слёз смотреть было нельзя. Клячи, годные разве что воду возить, да и то недалеко. Бока впалые, шерсть клочьями. Видимо, всех добрых коней, как и основных воинов, угнали на войну с Астраханью.

— Грузите всё, — махнул я рукой, подавляя разочарование. — В хозяйстве и такие сгодятся. На мясо пойдут или землю пахать, когда откормим.

Мы собирали всё. Железные ухваты, котлы, инструменты — всё летело в телеги. Хотя каждый из нас, бросая взгляд на высокие стены острога, понимал: всё самое ценное, всё то, ради чего стоило рисковать головой — золото, серебро, доброе оружие — находится там, за стеной… в тех самых «сундуках Барая».

Честно, жаба душила неимоверно. Я чувствовал себя ребёнком в кондитерской, которого пустили только в отдел с чёрствым хлебом, а витрина с пирожными осталась за бронированным стеклом.

В этот момент ко мне подъехал Лёва.

— Дим, — он понизил голос, хотя в общем шуме нас вряд ли кто мог подслушать. — А ты заметил одну странность?

— Какую? — я продолжал следить за тем, чтобы в телегу с зерном не запихнули грязные шкуры.

— Ты на стену посмотри. Только внимательно!

Я поднял голову. На стене, между зубцами, маячили фигуры защитников. Они орали что-то, потрясали копьями, иногда пускали стрелы, которые бессильно падали, не долетая до нас.

— Смотрю, — сказал я. — Орут. Злятся.

— Да нет же! — Лёва нетерпеливо ткнул пальцем в сторону центральной башни. — Ты на снаряжение глянь! Я пока тут крутился, считал. Там всего человек десять одеты в кольчуги или хоть в какие-то доспехи. Их хорошо видно по блеску от солнца. А вот остальные?

Я присмотрелся. И впрямь. Среди защитников выделялась горстка воинов в нормальной броне: шлемы, кольчуги или куяки. Они держались уверенно за зубцами. Но основная масса…

— Халаты, — пробормотал я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Простая одежда…

— Вооот! — протянул Лёва, довольный своей наблюдательностью. — Это же простые мужики, Дим! Те, кто успел укрыться в крепости, когда мы нагрянули. Им просто луки в руки сунули, а воевать они, может, и не умеют толком.