Книга Рассвет русского царства. Книга 3, страница 68 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Мы двигались, соблюдая все меры предосторожности, разослав дозоры и стараясь держаться низин. Лес впереди обещал надежное укрытие, через которое мы планировали подобраться к усадьбе того самого мурзы Барая.

Признаюсь честно, я уже мысленно делил добычу, прикидывая, сколько железа и инструментов смогу закупить для Курмыша. Но незнакомая местность сыграла с нами злую шутку.

Мы только собирались въезжать в редкий подлесок, как вдруг всего в четырехстах метрах от нас, из-за холма, выскочили трое всадников.

— Враг! — выкрикнул Семён, мгновенно вскидывая лук.

Татары среагировали молниеносно. Никаких вопросов, никакого сближения. Они резко осадили коней, развернулись и, выпустив в нашу сторону по стреле, пришпорили скакунов. Стрелы, пущенные на скаку и с такого расстояния, даже не долетели до нас, бессильно ткнувшись в сухую траву метрах в пятидесяти.

Всё произошло слишком быстро…

— Уйдут! — рявкнул Богдан, выхватывая саблю.

— За ними! — скомандовал я, понимая, что скрытность мы потеряли окончательно. — Нельзя дать им поднять тревогу!

Мы рванули следом. Но татарские лошадки были свежими и легкими, а наши уже порядком утомлены переходом. Расстояние хоть и сокращалось, но крайне медленно.

Вот только преследовать их долго не пришлось. Мы вылетели из перелеска на широкий луг, и…

Нашим глазам предстало не просто богатое селение или усадьба, а огромная деревня, домов на сто, раскинувшаяся вдоль реки. Но хуже всего было то, что возвышалось в её центре.

— Твою ж мать… — выдохнул я сквозь зубы.

Это был не просто дом бая. Это была полноценная деревянная крепость. Высокие стены сложенные из толстых бревен, угловые башни, пусть и невысокие, но с бойницами, и даже с большого расстояния я видел крепкие ворота, обитые железом.

И тут же, словно подтверждая мои худшие опасения, гулко и тревожно застучал барабан.

— Бум-бум-бум-бум! — ритм был быстрым, паническим, призывающим всех под защиту стен.

— К воротам! Они уходят к воротам! — заорал Григорий, указывая саблей на суету внизу. Местный люд, работавший в полях и во дворах за пределами крепости, побросал всё и в ужасе кинулся к крепости. Женщины тащили детей, мужики гнали скот, создавая давку.

В голове мгновенно щелкнул тумблер. Штурмовать укрепления с ходу, это самоубийство. Но отпускать добычу, которая сама бежит в руки, глупость.

— Отрезать их! — крикнул я, привставая на стременах. — Левое крыло — к реке! Правое — обходи с холма! Отсекайте их от ворот!

Мы пустили лошадей в галоп, выжимая из них последние силы. Дружина, натренированная за последние месяцы, рассыпалась веером, охватывая деревню клещами.

Татары на стенах видели нас, но сделать ничего не могли, свои же мешали стрелять. И ворота начали медленно закрываться, отсекая тех, кто не успел.

— Быстрее! Жми! — орал Лёва, размахивая копьем.

Мы врезались в толпу бегущих. Паника усилилась. Те, кто понял, что в крепость не попасть, бросились врассыпную, кто к реке, кто в лес, кто просто падал на колени, закрывая голову руками.

— Не убивать без нужды! — мой голос сорвался на хрип. — Вязать! Всех вязать!

Никто из крепости на выручку своим не вышел. Ворота с глухим стуком захлопнулись, и тут же со стен полетели первые редкие стрелы. Но обошлось без ран и смертей.

— Уводи пленных на край деревни! — скомандовал я. — Богдан, ставь заслон, чтобы с крепости не сунулись! Остальные — по домам! Всё ценное — в телеги! Быстро!