Книга Рассвет русского царства. Книга 10, страница 32 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Дмитрий, Инна к утру готова будет.

— Хорошо.

— Я вот что спросить хотел. Вещи к тебе нести или возок к нам подъедет?

— Конечно, к вам, Федь. Ты чего? Какого хрена ты их на себе таскать собрался? Али холопами обжиться успел?

— Нет, пока не успел. — И тут же облегчено выдохнул. — За возок спасибо. А то у Инны вещей оказалось… много. Я даже не думал, что у неё их столько. Откуда только взялось?

— Федь, — показал я взглядом на вещи у стены, — думаю, я как никто другой тебя понимаю.

Он усмехнулся.

— Дааа… делааа…

Чуть позже я поднялся к Ярославу. Тот уже был готов, весь его скарб уместился в одном мешке.

— А ты быстро, — сказал я.

— А что там собирать-то?

Мы договорились, что он пошлёт мне гонца, как только они доберутся до Новгорода. В частности, как состояние Алёны. А об остальном мы уже вдоволь наобсуждались и теперь оставалось ждать прибытия русских полков.

Ещё по темноте конюхи начали запрягать лошадей. Овса засыпали в торбы, упряжь проверили дважды. Григорий лично прошёл, подёргал каждый ремень.

К благоустройству возка Алёны я отдельно подошёл. Велел положить под сиденье два перьевых матраса, один поверх другого. Сверху ещё овчину. Шкур накидали столько, что, когда Алёна туда залезла, она чуть ли не утонула по плечи.

— Дим, — сказала она, — по-моему, ты перестарался.

— Потом спасибо скажешь. И на ухабах не растрясёт.

— А я и так не растрясусь.

— Ты лучше помолчи и сиди.

Она хмыкнула, но ничего не сказала.

Затем я отозвал в сторону Инну.

— Инна, по дороге за Алёной смотри. На цвет лица, на пульс. Если станет жаловаться на низ живота — остановите обоз и пошлите гонца назад. Если кровь, вообще не двигайтесь дальше, посылайте сразу за мной.

— Я знаю, Дмитрий.

— Знаю, что знаешь. Я повторяю.

— Всё будет в порядке, ты ведь меня хорошо выучил.

Я усмехнулся.

— Я всегда буду переживать. И помни, что я тебе самое дорогое доверил.

— Я знаю, Дмитрий. И присмотрю за всеми.

— Спасибо, — сказал я, пропуская Инну в возок.

Анфиса устроилась рядом с Алёной, повозилась, потом подняла на меня свои голубые глазки.

— Папа. А ты что, не едешь?

Я скривился, и хотел было сказать, что нет, но меня опередила Нува.

— Папа догонит, — сказала Нува.

— А когда? — Анфиса тут же ко мне развернулась.

— Скоро, — Нува снова за меня ответила.

— Честно-честно?

— Честно-честно, — подтвердил я. — Только подождать чуть-чуть надо. Совсем капельку.

— Ну, ладно.

Она тут же зарылась под бочок Алёне и затихла. Юрий стоял рядом с Нувой, держал её за подол. Я присел на корточки, поцеловал его в щёку.

— Ты теперь сильный! Охраняй женщин. Понял?

Юрка надулся, посмотрел на меня очень серьёзно секунды две и спрятался за Нуву. Ни хрена он не понял, конечно. Мал ещё. Зато детство беззаботное… не как у многих детей его лет.

Я ещё раз залез к Алёне в возок. Поцеловал её.

— Пиши мне, — сказала она.

— Буду.

— Если что не так, тоже пиши. Бумага, она всё стерпит, а я пойму.

Я кивнул и повернулся к Олене. Всё-таки почти два месяца бок о бок прожили, невежливо было не попрощаться.

— Жениха себе найди! — вместо слов прощания сказал я.

— ДИМА! — вступилась за подругу Алёна.

Я махнул рукой и спрыгнул с возка, пошёл к Григорию.

Он стоял у соседнего возка. Глафира уже сидела внутри, вытирала глаза краем платка. Иван у её колена. А Ива стояла на снегу рядом с отцом, упёрши руки в бока.