Книга Рассвет русского царства. Книга 10, страница 123 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Снова я не понял зачем она всё это говорит при Софье.

— «Ладно, — подумал я, — позже обязательно узнаю».

— Одно другому не мешает, — ответил я. — И я как воин хорошо знаю, как выглядит человек с раной в животе… с отмороженными ногами. С горлом, в котором стрела засела. Поэтому и хочу, чтобы таких людей было меньше. А для этого нужны крепкие границы. Казань и Астрахань должны стать нашими.

Мария Борисовна замолчала не меньше чем на минуту.

— И как ты это представляешь? — наконец спросила она.

— Эм… — не понял я этого вопроса. — Что именно представляю?

— Взять Казань и Астрахань, — ответила Мария Борисовна, и тут же дополнила: — Но больше меня интересует как их удержать?

Я нахмурился. И тоже некоторое время обдумывал ответ.

— После разгрома Большой Орды мы на несколько лет, а то и десятилетий о серьёзных выступлениях в нашу сторону можем забыть. — Мария Борисовна кивнула. — Казань погрязла в междоусобицах, и…

— Но стоит нашим воинам переступить границу, как они объединятся перед общим врагом, — перебила меня Мария Борисовна.

— Возможно, что так, — согласно кивнул я. — И-и-и, так даже будет лучше.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Мария Борисовна.

— Тогда нам не придётся вылавливать их в степи. По-хорошему, нам бы вообще сразу вытянуть их на генеральное сражение, разбить, после чего взять Казань и все принадлежавшие ей территории.

— Допустим, но как их удержать? Стоит нам отправить войска по домам, как они тут же объявят о своей независимости.

— Можно сделать налоговые послабления и наделить их знать привилегиями… — решила предложить Софья.

— Этого делать нельзя, — сказал я, поймав момент, когда Софья сделала паузу, чтобы лучше сформулировать мысль.

— Почему? — наклонила голову Мария Борисовна.

— Потому что это неправильно! Так казанцы или те же астраханцы будут считать, что они лучше русских людей. А ведь мы их победили, при этом прав готовы отдать больше, чем есть у русских.

— Но так мы сможем избежать недовольства на тех территориях, — произнесла Мария Борисовна.

— Так мы просто их передвигаем на потом, — ответил я, и тут же добавил: — И, кто знает, может, с этими проблемами, придётся столкнуться твоему сыну Ивану. И только потому, что мы сами не решили их вовремя.

Мария Борисовна в этот момент посмотрела на Софью.

— Голубушка, — сказала она. — Иди отдохни, вижу, что ты устала.

Софья открыла было рот и тут же закрыла. Встала, поклонилась и вышла из горницы.

Мы остались вдвоём.

— Насколько богатые залежи в горах? — сменила тему Мария Борисовна.

— Мои источники говорят, что огромные, — сказал я.

— Железо?

— Железо, серебро, золото. Много чего…

Она посмотрела на меня.

— Значит, снова война, — произнесла она.

— Да, — ответил я. — Но не сейчас, а позже. Хотя бы год-два на подготовку.

— Время подумать есть, — задумчиво сказала Мария Борисовна.

— Есть, — сказал я. — Тем более, что твоими стараниями у меня эти два года не будет много свободного времени. — Она вопросительно посмотрела на меня. — Водяные колеса, печи, орудия… — я сделал паузу. — Так ещё и в Боярской думе штаны просиживать придётся подолгу.

— Уверена, ты как-нибудь справишься, — улыбнулась Мария Борисовна. И улыбка вышла у неё словно с издёвкой.