Книга Рассвет русского царства. Книга 11, страница 84 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Она поднялась с лавки, и пошла к лестнице. Легла рядом с сыном и, обняв его, уснула.

* * *

Два дня пролетели так, что я их толком и не заметил. Провожать меня вывалило всё подворье… даже повариха выглядывала из дверей. Кони стояли сёдланные, обоз ушёл вперёд ещё затемно, и по-хорошему мне оставалось только сесть и поехать. Но я понимал, что быстро их нагоню. Спешить было некуда. К тому же ещё в Кремль заехать надо было.

Сначала отозвал в сторону Богдана.

— Ещё раз пройдёмся, — сказал я.

— Дмитрий, мы это уже трижды проходили, — вздохнул он, но спорить не стал. Знал, что бесполезно.

— Значит, пройдёмся в четвёртый. Караулы у ворот днём и ночью. Чужих во двор не пускать, какими бы грамотами ни трясли. Если кто явится от моего имени — гони, я через чужих людей ничего передавать не буду, только с гонцом, которого ты знаешь в лицо. Алёна со двора если куда соберётся, то только с охраной.

— Она же ругаться будет.

— Пусть ругается. Ругань мы переживём, — ответил я. — А вот если с ней что случится, — я сделал паузу, — то ты этого не переживёшь, это я тебе обещаю.

Богдан хмыкнул и кивнул. Мой посыл он понял.

С Инной разговор вышел короче. Всё, что я знал касательно родов, передал Инне. Разве что кесарево сечение она не умела делать. Но я надеялся, что оно ей не понадобится и Алёна родит сама.

— Если хоть что-то пойдёт не так, — наставлял я Инну, — жар, кровь, отёки, что угодно, тут же гонца ко мне. Не «подождём до утра», не «само пройдёт». Сразу шлите и хоть загоните трёх коней… ты поняла?

— Поняла, — серьёзно ответила она. — Я справлюсь, Дмитрий.

По моим самым оптимистичным прикидкам, с Казанью мы должны были управиться до осени. Но прикидки прикидками, а война… штука весьма непредсказуемая.

Потом я подошёл к Нуве.

После той ночи я держался с ней холодно. Не со зла, а просто… даже не знаю, как сказать. Между нами осталась недосказанность… но прожить с человеком под одной крышей столько лет и уехать, не сказав ни слова, я не мог.

Нува стояла чуть в стороне от остальных, с Юрой на руках, и с покорностью смотрела на меня.

— Позаботься о моих, — сказал я и добавил с укором в голосе. — Только без всяких духов, ты меня поняла?

Она как-то криво усмехнулась, но поклонилась.

Я не верил ни в духов, ни в долги перед ними, ни в прочую потустороннюю хрень. Каждый человек сам кузнец своего счастья, я так считал.

Наконец-то я добрался до Алёны. Всю ночь мы кувыркались, насколько позволяло её положение, в кровати. Я просто шагнул к ней, обнял и поцеловал в губы. Абсолютно никого, не стесняясь… ни дружинников у ворот, ни дворни, ни Олены… и остальных. Пусть смотрят. Жена провожает мужа на войну, и нечего тут отворачиваться.

— Возвращайся, — шепнула она мне куда-то в шею.

— Вернусь. Ты мне наследника обещала! Помни это!

Она фыркнула мне в плечо и, когда я слегка отстранился чтобы посмотреть ей в лицо, увидел её улыбку.

Олене я кивнул. Она кивнула в ответ, и отошла к Алёне. За эти годы из влюблённой девчонки выросла женщина с характером, и я был рад, что она будет рядом с моей женой. Они стали словно сёстры, жаль только, что строить свою семью Олена так и не желала. Но это был её выбор и только.

Я вскочил на Барса. И в этот момент ко мне подъехала Ива на Искре.

Алёна сама разрешила ей взять лошадь, рассудив, что в ближайшие месяцы скакать ей самой не придётся, а Искра без дела застоится. И теперь моя сестрица восседала в седле так, что хоть картину с неё пиши.