Книга Рассвет русского царства. Книга 11, страница 26 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я, честно говоря, к этому готовился несколько дней. И до сих пор не мог поверить в происходящее. Это был огромный прыжок вверх. Мне всего двадцать лет и меня назначают главой Боярской Думы Московского княжества.

Я поклонился, сел на указанное место, ближе к Марии Борисовне, чем прежде. Слева от меня что-то тихо зашептали двое бояр, которых я знал плохо. Я сделал вид, что не слышу.

Хромого и Лукьянова привели почти сразу же после моего назначения.

Оба держались лучше, чем два дня назад. Видимо, темница помогла собраться. Или уже просто знали, каким будет их наказание. Они поклонились и молча выслушали приговор.

Мария Борисовна объявила, следующее. Кожевенные мастерские, которые они держали на паях, переходят в великокняжескую собственность. Холопы с них, туда же. Две деревни становятся великокняжескими. И на этом всё.

Я ожидал возражений, но их не последовало ни одного.

Хромой и Лукьянов ещё раз поклонились, поблагодарили за милость и вышли. Хромой на выходе обернулся на Марию Борисовну. И, как мне показалось, во взгляде не было злобы. Скорее, понимание, что легко отделались…

В это же время в Церкви тоже происходили знаменательные события. А именно проходило тайное голосование. Новым митрополитом стал Кирилл.

Про Арсения же позже сказали, что он добровольно принял монашеский постриг и ушёл в монастырь. Насколько добровольно… вопрос риторический. Но факт остаётся фактом, и человека, который несколько месяцев тихо отравлял воздух вокруг меня, больше нет в Москве.

Хотя сам факт того, что это происходило, я считал нездоровой ситуацией. Но я держал руку на пульсе, и Глав собирал все слухи, которые были в Москве. А чтобы собирать их было легче, мы купили таверну. Хозяин разорился, и я воспользовался этой ситуацией. Девок пока не стал внедрять, потому как в Москве церковь была куда ближе, чем в Курмыше. Но даже так собирать информацию, кто чем живёт, стало легче.

В одном из разговоров с Марией Борисовной узнал, что Большая Орда не спешит выкупать своих военнопленных, и что те, по сути, сидят на нашей шее, пожирая наш хлеб. Хасан, к слову, тоже до сих пор сидел в темнице, и пока что мы не знали, что с ним делать. Ждали, когда потянутся торговые караваны, чтобы от купцов узнать, что происходит в Большой Орде. Но мы и так знали, что там идёт война за власть, только пока вялотекущая. Столицу, Сарай, занял Муртаза, тогда как Шейх-Ахмед второй по величине город– Укек (современное название — Увек, находится на южной окраине Саратова).

В общем, я предложил бросить татар на уборку Москвы. Потому как весна в Москве… очень специфичное время года.

Городские работники засыпали ямы камнем и песком. Помогало ненадолго. Сливные ямы заполнялись за неделю, потом ещё неделю воняли и булькали, потом их чистили, и всё начиналось сначала. Я смотрел на это хозяйство и думал, что задача решаемая, только не ямами. Нужна нормальная канализация, отводные каналы, уклон, покрытие. Деревянный лоток под мощением, хотя бы для главных улиц. Рим это придумал две тысячи лет назад, почему Москва должна плескаться в весенней жиже в тысяча четыреста шестьдесят восьмом… Тем более, что у нас есть бесплатные рабочие руки.

Вот только возник самый простой вопрос и одновременно сложный: где взять деньги?