Книга Зимние Боги и Змеи, страница 294 – Венди Хейсс

Она встретилась с ним взглядом, и на лице расползлась широкая, отвратительная ухмылка. Он побледнел, вдохнул глубже, а черты исказились.

— Нет… нет! — закричал он, мотая головой.

Она запрокинула голову. Победный смех заполнил каждый угол открытого зала. Её трясло не от веселья, а от кипевшего под кожей жара и раскалённой ярости.

— О да. Да. И прошу, припиши заслугу себе. Я сделала всё именно так, как ты учил, о великий наставник, — она насмешливо поклонилась.

— Не может быть.

Она приблизилась, не убирая ладони с его груди.

— Посмотри на меня, Реник. Посмотри и запомни последнее лицо, которое они увидели, прежде чем души покинули их истекающие кровью тела.

Её месть свершилась. Холодная и безжалостная.

Он судорожно хватал воздух и попытался отступить, но она сжала кулак над его сердцем.

— Скажи, как ты их нашёл? Истекающими кровью? Разрубленными на части и размазанными по стенам? Какие куски увидел первыми? Спрашивал себя, кого я заставил убить мою семью собственными поступками? Наверное, ответ искал долго. Таких душ слишком много.

На несколько мгновений всё, что о ней знал, показалось сном, придуманной мной грёзой. Если бы не её глаза, я бы и правда поверил. Но видел вспышки под трескавшейся бронёй.

— Сделала всё, как ты говорил, — продолжила она. — Один удар плетью за осколок души. С каждым ударом называй страхи жертвы, и тогда человек сломается. Именно так ты пытался сломать меня.

Тело само рванулось вперёд. В груди полыхнуло, от жара меня затрясло. Я высосу жизнь из человека, оставившего на ней эти следы. Мал и Кайден обхватили меня с двух сторон и удержали.

— Вмешаешься сейчас, и она потеряет самообладание. Позволь ей выиграть собственную битву, — предупредил Кайден, оттесняя меня назад.

Она коротко взглянула через плечо, а затем снова повернулась к Ренику.

— Я повторила всё в точности. Только называла один страх. Моё имя. Единственным, чего они боялись, была я. И теперь единственное, чего будешь бояться ты, тоже я.

Из его горла вырвался рык. Он обхватил её шею обеими руками и сжал.

— Я тебя убью.

Ноги требовали броситься к ней, магия рвалась наружу, кулаки сжались для удара, но я не двинулся.

Она громко расхохоталась.

— Тогда кто вспомнит, где находится милая Фиона, твоя хорошенькая дочь? Несколько недель назад мои солдаты забрали её. Бедняжка до сих пор убита горем после смерти семьи. У неё лицо матери.

— Она жива? — его глаза распахнулись. Он отшатнулся, отпуская Сноу, пока та выпрямлялась и растирала горло. Ладонь прижалась к груди, ноги подогнулись, и он рухнул на колени.

— Скорее, ещё не умерла, — Сноу приближалась медленно, хищно и расчётливо.

Кайден поднялся и осторожно пошёл следом. Он вскинул руки, воздух наполнился запахом ветровой магии.

— Нет, нет, пирожок. Давай. Оставь его. Он должен жить. Не вынуждай меня вмешиваться, ты ведь знаешь, как это ненавидишь.

Он собирался остановить её. И знал, что остановить невозможно.

Предупреждение друга заставило её замереть. Она присела перед командиром.

— Для чего мне её использовать, Реник? Ты учил тщательно расходовать пешки и убивать, когда они превращаются в мёртвый груз.

Его лицо исказилось в рыке.

— Ты не можешь её убить.

Она фыркнула.

— Вот как? И на каком основании? Из жалости? Но нет, ты же выбил её из меня, помнишь? Заботу, сострадание, вообще любые чувства тоже, — она щёлкнула пальцами. — Всё исчезло, как ты и хотел. Гордишься?