Книга Зимние Боги и Змеи, страница 114 – Венди Хейсс

— Когда всё окончательно провалится.

Внутри Зимнего двора был раскол?

Она оставила оскорблённого лорда и непринуждённо уселась в кресло.

— Вы точно не дорожите чужим уважением, — сказал я, становясь рядом с ней.

Она бросила на меня злой взгляд.

— Уважение покупает вежливые приветствия, а страх покупает покорность. Вежливые слова вспыхивают, как пух под летним солнцем. Я же раздаю красивые поводки, украшенные бриллиантами и порчей.

Я фыркнул, не найдя реакции лучше. Она отучила меня удивляться. Кажется, меня уже ничто не поражало.

— Страх? Это ваша цель? Кажется, вы добились её уже в день своего рождения.

— Не такой страх, адриатиец. Тот, от которого дети кричат по ночам. Тот, о котором рассказывают у догорающих костров, чтобы люди вздрагивали и спали вполглаза. Тот, при котором узор листьев, форма облаков и треск огня будут напоминать обо мне. Тот, о котором станут говорить спустя столетия не из-за моего дара, а из-за моей власти.

Она была безумна. Абсолютно безумна.

В зал вошла моя тётка вместе с Ларгом. Исийордцы сделались настороженными и строгими. Разговоры стихли, всё внимание обратилось к моему народу.

— Ваше Высочество, — поприветствовал её Ларг, когда они сели напротив Исийордской стороны. — Мы снова встретились.

— Ларг, какое удовольствие, — пропела она, невинно хлопая ресницами. — Но мне больше нравилось, когда у тебя была оленина, которую можно рвать.

— Уверен, Исийорд достаточно хорошо заботится о вашем удовольствии.

Она рассмеялась, мягко, почти без обиды.

— Достаточно хорошо.

Улыбка за одно мгновение исчезла с её лица и сменилась сдерживаемой яростью, когда она повернулась к моей тётке.

— Адриана Дракос, наконец-то мы встретились. Аларик Драва передаёт привет. Правда, я чуть меньше расположена к приветствиям и чуть больше к кинжалу между твоих маленьких рёбер.

Взгляд моей тётки дрогнул и почти испуганно заметался по лицам в комнате. Она знала свои ошибки и знала свои страхи. И то и другое стояло перед ней в виде храбрости, мести и золотого взгляда.

— Мы пришли обсудить важные вопросы.

— О да, простите, — принцесса откинулась на спинку кресла и закинула ногу на ногу. — Вашу смерть обсудим сразу после. Приоритеты прежде всего. Но не стану убивать вас, пока не услышу, как вы называете меня Вашим Величеством и своей королевой.

Она подмигнула тётке и послала ей воздушный поцелуй, от которого та будто едва не провалилась внутрь собственной кожи.

Она что-то знала. Принцесса что-то знала.

— Откуда она знает главную советницу? — спросил я у её друга.

— Её опекун знает. Знает о её анти-ибрисской пропаганде и о приказе напасть той ночью, который отдал король, а она одобрила. Когда опекун Сноу обыскивал тела нападавших, пытаясь найти её после побега, он обнаружил у одного из них прямой приказ. Ваш король отправил три таких распоряжения. Она прочитала все и запомнила каждое имя, особенно имя этой женщины, — сказал Кай, указав на мою тётку.

Сбежала. Это слово застряло в горле вязкой грязью. Сбежала.

Принцесса наполовину повернулась в кресле и поманила меня рукой.

Я наклонился достаточно близко, чтобы почувствовать жар её кожи над своей, когда она потянулась к моему уху и сказала.

— Или мне убить её прямо сейчас? Что думаешь?

Я попытался принять её слова за шутку, но заметил пустое место у большого окна, где раньше сидел Мемфис. Нервно оглядев зал, увидел в дальнем углу чёрный скользящий хвост, который приближался к адриатийской стороне стола.