Книга Право сильного, страница 154 – Юлия Арниева

Имена обоих, произнесенные на французский лад, я повторила про себя, стараясь запомнить. В русском произношении они наверняка звучали иначе, а ошибиться при следующем обращении мне не хотелось.

— И господин Северин, — закончил Воронцов.

Северин был значительно моложе своих спутников, лет тридцати пяти, высокий, светловолосый, с правильными чертами лица и выправкой, которую трудно приобрести иначе, чем долгими годами службы. В отличие от старших товарищей, он явно находил удовольствие в происходящем. Пока нас представляли друг другу, он успел окинуть взглядом комнату, задержаться на двух молодых дамах у камина и снова повернуться ко мне с такой непринужденностью, словно мы уже были знакомы.

— Графиня, — произнес он на превосходном французском, склонившись над моей рукой, — в Петербурге о вас рассказывают удивительные вещи. Говорят, вы научились превращать мясо в сухие щепки, которые стоит лишь бросить в кипяток, и через несколько минут на столе появляется превосходный обед. Признаюсь, у нас подобное искусство непременно сочли бы колдовством.

— В Англии, месье, его считают подрядом Адмиралтейства, — ответила я с улыбкой.

Северин рассмеялся, блеснув ровными белыми зубами, а стоявший рядом худощавый чиновник едва заметно поджал губы. Судя по выражению его лица, остроумие молодого спутника успело ему порядком наскучить. Мне же Северин просто не понравился. Любезности он раздавал так же щедро, как взгляды дамам у камина, и ни одна из них, кажется, ничего ему не стоила. И чем дольше я на него смотрела, тем больше убеждалась, что решила верно, оставив просьбу леди Джерси без исполнения. Играть в чужую игру, не зная ее правил, я не собиралась.

— Господин Северин несколько увлекся рассказами, которые успел услышать по дороге, — вмешался Воронцов. — Надеюсь, графиня, вы простите ему эту вольность. Наши соотечественники не каждый день встречают даму, которая занимается снабжением английского флота.

— Если бы они видели мои счета за говядину, граф, то наверняка сочли бы это занятие гораздо менее удивительным.

— Вот именно о счетах я и хотел с вами поговорить. — Воронцов оглянулся на двери, через которые продолжали входить гости. — К сожалению, здесь для деловой беседы место не самое подходящее, но в остальных комнатах еще шумнее. Если вы не возражаете, мы расположимся у окна. По крайней мере, музыка не помешает нам услышать друг друга.

Я согласилась, и мы отошли в широкую оконную нишу. Там было прохладнее: от стекол тянуло ночным воздухом, а тяжелая штора отчасти заслоняла нас от гостиной. Воронцов остался ближе к залу, предоставив мне место у окна. Худощавый господин достал из внутреннего кармана маленькую записную книжку в сафьяновом переплете, раскрыл ее на заложенной странице и приготовил карандаш.

— Вы знаете, графиня, для чего мы собираемся снарядить корабли, — начал Воронцов. — Экспедиция рассчитана на три года. Два судна, около ста пятидесяти человек, не считая возможных изменений в составе команд. Нас интересует прежде всего, сколько провизии вы сможете предоставить, как долго она сохранится и на каких условиях вы готовы ее поставить. Я ознакомил господ с вашим предложением, однако некоторые подробности они предпочли бы услышать от вас лично.

— Тогда прежде всего я посоветовала бы рассчитывать запасы на четыре года, граф.