Книга Ловушка шелкопряда, страница 43 – Рин Чупеко

— Странно. Если он так увлекался деревней Айтоу и все об этом знали, почему же он предпочитал умалчивать подробности? – Я поднял крышку сундука, который оказался заполнен старыми тетрадями и маленькими, замысловато выполненными деревянными коробочками.

— Кадзу всегда был особенным, – вздохнула тетушка. – Он придавал большое значение своей работе. За несколько месяцев до исчезновения он обнаружил нечто, что, по его словам, оказалось жизненно важным для исследования. Он клялся, что наконец-то разгадал проклятие, лежащее на деревне. Он погрузился в работу, забыв обо всем, даже о моей сестре и Кагуре.

— Подождите-ка, – встрепенулся я. – Вы сказали, что он исчез?

— Десять лет назад, в Аокигахаре. Я всегда думала, что одной из причин, по которой Кагура решила приехать сюда, было желание оказаться поближе к месту, которому ее отец посвятил свою жизнь.

— Кагура никогда не рассказывала нам об этом, – заметила Келли.

Но Сая кивнула.

— Кагура не любит об этом говорить. Вскоре после нашего приезда она попыталась разыскать отца, опираясь на результаты его исследования, но у нее ничего не вышло. Она смирилась с его смертью… пока не приехала съемочная группа.

— Ох, – мягко вздохнула Келли. Она раскрыла небольшую пачку фотографий, сделанных лет двадцать назад, и подняла одну из них. С фото нам улыбалась девочка с волосами, заплетенными в косы. Она сидела на плечах серьезного мужчины. Очевидно, что они были родственниками – у обоих высокие скулы и вздернутые носы.

При ближайшем рассмотрении я заметил что-то на шее мужчины: странный камень на тонком шнурке.

— Кагура с отцом, – пробормотала тетушка.

Это была единственная фотография маленькой Кагуры. На остальных же был изображен только мужчина. Казалось, что Кадзухико Кино никогда не улыбался. На большинстве снимков он был старше: начал горбиться, а в темных волосах появилась седина. Морщины на лице стали более заметными. Только на одной фотографии он был изображен маленьким мальчиком, одетым в неудобную на вид юкату, но и здесь он был все такой же мрачный. Однако и на этом снимке на его шее висело странное ожерелье.

— Это магатама, – пояснила Сая, проследив за нашими взглядами. – Кажется, он носил ее всю жизнь. Интересно, от чего он пытался защититься?

Магатама – это украшения, изготовленные из драгоценных камней в форме запятой или половинки инь-ян. В Японии они особенно важны и почитаются как священные. Многие храмы имели свою собственную версию магатамы, которую считали религиозным объектом.

— Думаю, вам стоит сохранить их, – проговорила Келли, осторожно вкладывая в руки тетушки просмотренные фотографии. Та кивнула, ее взгляд затуманился. Чтобы немного разрядить обстановку, я как можно аккуратнее достал и открыл первую из тетрадей. Но тут же разочарованно сообщил:

— Она на японском.

— Кагура перевела те, которые, по ее мнению, могли пригодиться американцам. Думаю, большинство из них все еще здесь.

Потребовалось несколько минут, чтобы найти нужные заметки, оставленные аккуратным, ровным почерком мико.

Говорят, что Айтоу была построена в начале 1900-х, вскоре после прихода режима Мэйдзи^[24]. Сведений об этой деревне было немного, поскольку уже тогда Айтоу считалась таинственным и пугающим местом. Известно лишь, что лидером Айтоу являлся некто Хироси Микаге – известный оммедзи^[25] при дворе императора Тайсе, который позже по какой-то неизвестной причине впал в немилость. Ходили слухи, что его поймали на использовании запрещенной магии.