Книга Ловушка шелкопряда, страница 127 – Рин Чупеко

Я точно знаю, что в переулке, куда только что забрел Стивен Блэр, не ведется видеонаблюдение. Я следил за мужчиной неделю, изучил его привычки. Почти каждый вечер он заглядывает в паб, а выходит всегда через черный ход.

Стивен остановился, и его тошнит за одним из мусорных контейнеров. Когда он выпрямляется, я уже загораживаю выход на улицу. Нахмурившись, мужчина косится на меня. Для него я немного староват, если судить по трем пятилетним малышам у него на спине.

— Уходи, парень, – он замахнулся, но поскольку стоит в десяти футах от меня, то едва не падает лицом на асфальт.

— Уверен, маленьким мальчикам, которых ты убил, ты говорил обратное, – заметил я. Мой голос звучит в тишине неожиданно громко.

Мужчина бледнеет и как будто резко трезвеет.

— О-о чем, черт возьми, ты говоришь?

— Узнаешь примерно через пять секунд.

В узком переулке почти нет света, но его все же достаточно, чтобы разглядеть тени, играющие на обрамляющих его грязных кирпичных стенах. Я наблюдаю, как еще одна фигура отделяется от моей, удлиняется, пока не приобретает размеры и форму, которые никак не могут быть человеческими.

Развернувшись, я ухожу.

Мужчина успевает вскрикнуть лишь раз. Бульканье вскоре стихает. Я вышел на улицу, плотнее запахнул пальто и проверил, не привлек ли шум случайных прохожих. Нет, только не в это время ночи.

Я сел на бордюр и сделал глубокий вдох, наслаждаясь прохладой воздуха. Эти ночные казни меня больше не беспокоят. Если я чему-то и научился за последние несколько месяцев, так это тому, что каждый волен выбирать свое предназначение. И вот оно мое.

Проходит совсем немного времени, прежде чем я чувствую, что она стоит рядом. Я ощущаю тепло душ, которые она держит в своих объятиях, покой и облегчение, которые приходят с каждым спасением. Технически меня больше не нужно оберегать от посягательств других духов – энергия врат ада, покидая мое тело, каким-то образом излечила меня от этого недуга. Но от вредных привычек трудно избавиться. Пусть я мог бы находиться за много миль отсюда и спокойно спать в своей постели, я обнаружил, что моя потребность быть с ней так же велика, как и ее потребность быть со мной.

Она сидит, все еще прижимая к груди пятилетних детей. Изменения, произошедшие в Окику, поразительны. В самые мрачные моменты она по-прежнему принимает облик утонувшей нежити, но чаще всего выглядит как человек. Сто дней, проведенных в загробном мире, дали ей возможность сохранить большее сходство с той, кем она была при жизни. Она больше не слышит пугающие, злобные голоса. Ритуал забрал ее злобу, как забрал и силу, которую я получил от дерева шелкопряда. Теперь Окику охотится на убийц не из-за голосов в голове.

Но мы не прекращаем этого делать. Впервые у нас есть выбор.

Теперь, задумавшись, я осознал, что мы легко приняли это решение. Странно, что некоторые действия, которые мы предпринимаем, полагая, что у нас нет выбора, совпадают с тем, что мы делаем, когда он у нас есть.

Я взял Окику за руку и почувствовал, как маленькие трепещущие души танцуют на моей ладони. Мы отпускаем их всех разом. Они ускользают, ненадолго задержавшись над нами, как привлеченные пламенем мотыльки, прежде чем опомниться и улететь в ночь.

— Ты ни о чем не жалеешь? – спросил я, наблюдая, как исчезают духи. – Ты могла бы быть там, наверху, с ними.

— Нет, – сжала мою руку Окику. – Я счастлива.

После этого мы, просто мальчик и его призрак, ничего не говорим – лишь с радостью смотрим на небо, даже когда на нем уже не видно звезд. Возможно, я сделал эгоистичный выбор. Кто-то более благородный, чем я, позволил бы Окику насладиться умиротворением, которое она заслужила. Кто-то с меньшим жизненным багажом, чем у нее, позволил бы ему это.

Но со всеми нашими недостатками мы идеально дополняем друг друга.

И, в конце концов, я не герой.

Эта книга была бы невозможна без поощрения и поддержки многих людей, в том числе:

• моего агента Ребекки Подос, чей энтузиазм по поводу странных вещей, которые я пишу, сквозит в каждой правке, электронном письме и переписке;

• моего редактора Аннет Поллерт-Морган, к чьим бесценным советам я всегда прислушиваюсь, пусть они и приходят с другого конца света;

• моего производственного редактора Элизабет Бойер и ее команды супергероев, которые сотворили с моей книгой настоящее чудо; а также моего издателя Кэтрин Линч, которую я благодарю за то, что всегда держала меня в курсе событий;

• моих родителей, которые хвастались мной перед своими друзьями и заставили пережить смущение, которое хоть раз в жизни обязана почувствовать любая дочь;

• и моего мужа, который, взглянув на обложку моей книги, сказал: «Нет. Нет. И еще раз нет».