Книга Ловушка шелкопряда, страница 22 – Рин Чупеко

— Может, я хочу стать придурком. – Кендалл, похоже, расстроило мое заявление, что меня озадачило. – То, что пару семестров я был твоим партнером по лабораторной работе и репетитором, еще не значит, что ты хорошо меня знаешь.

— Если бы считала тебя недоумком, вообще не стала бы просить стать моим напарником, идиот. Триш пригласила тебя не потому, что хотела отблагодарить за услугу, которую ты оказал ей и Сондхейму. Она использовала это как оправдание, потому что думала, что делает мне одолжение.

— Не понимаю, – моргнул я.

— Для такого умника ты немного туповат. Я не хотела, чтобы ты приходил сюда, но хотела, чтобы ты пригласил меня на свидание, – выдохнула Кендалл. У любой другой девушки это не прозвучало бы так женственно. – Честно говоря, ты самый недогадливый парень из всех, кого я встречала. Я флиртовала с тобой, выбрала тебя своим партнером по лабораторной, а ты едва удостоил меня взгляда на уроке. Сегодня я пригласила тебя в кино, но ты меня отшил. Я надеялась, что ты поймешь мой намек, но…

— Ты приглашала меня на свидание? – Кендалл Бейкер хочет со мной встречаться? Я осознал, что от удивления у меня отвисла челюсть, и мне потребовалась добрая минута, чтобы прикрыть рот. – Почему?

— Почему? – хихикнула Кендалл. – Даже не знаю. Ты отличаешься от остальных парней. Да, звучит банально, но это правда. – Она наклонилась ко мне: – Ну, если не брать в расчет, какой ты безнадежный, бесчувственный, невнимательный…

Мы всего в нескольких дюймах друг от друга: от Кендалл приятно пахнет смесью духов и мяты.

— А как же Армстронг? – Я привел последний аргумент.

— Он пытался, но мне это неинтересно. Я ему отказала. – Кендалл придвинулась ближе и шепнула: – Так я ошиблась? Я тебе совсем не нравлюсь? Ты никогда не задумывался об этом?

Хотелось бы мне отвергнуть ее ухаживания. Или сказать, что она ошиблась.

Я осознал, что Кендалл уселась мне на колени, только когда она уже поцеловала меня. У нее мягкие и сладкие губы. Очевидно, она уже делала это раньше. А я нет, из-за чего заметно волнуюсь. Я положил руки ей на спину – в основном потому, что попросту не знаю, куда их девать, – а она прижалась к моей груди и приглушенно вздохнула.

— Это был твой первый поцелуй? – поинтересовалась она, когда мы прервались, чтобы глотнуть воздуха.

Вопрос вполне в духе Кендалл. Как и вызов, перед которым я не могу устоять. Полагаясь на инстинкты, я вынуждаю ее замолчать, снова целуя, быстро и крепко. Когда мы отрываемся друг от друга, она тяжело дышит. Тонкая маска застенчивости исчезает с ее лица.

— Ответ – да.

Я звучу как грубая пародия на самого себя, а после ее следующего предложения и вовсе теряю дар речи.

— Хочешь, это станет первым из тех многих вещей, которыми мы можем заняться сегодня вечером?

— Тебя потянуло в трущобы китайского квартала, Кендалл? – присвистнул кто-то с дальнего конца комнаты.

— Я – японец, – пробормотал я.

— Заткнитесь, – бросила Кендалл и мне, и тому, кто меня задирал, а после снова поцеловала меня.

В этот момент погас свет.

От неожиданности я выпрямляюсь, и Кендалл соскальзывает с меня. В комнате звучит визг, растерянный смех, а также несколько проклятий тех, кто споткнулся в темноте. Я выглядываю в ближайшее окно. Судя по уличным фонарям и другим домам, света нет только у Макнила.