Онлайн книга «Тысяча ночей без тебя»
|
Затем он увидел ее, улыбнулся и, собрав все свои силы, попытался заговорить: — Именно таким я и представлял себе рай. София взяла стул в углу, подошла к кровати и села рядом с ним: — Дурак, мы все еще в нашем мире. Она взяла его руку, поднесла к своему лицу, положила на нее свою щеку, поцеловала ее, снова положила себе на лицо и беззвучно заплакала. — Эй, не надо плакать, мне очень понравился концерт. София рассмеялась: — Дважды дурак. Танкреди тоже улыбнулся: — Ты права, нам нужно становиться более серьезными, нам нужно вырасти. — Да, пора бы. – Затем, помолчав некоторое время, София продолжила говорить: – Прости, я ошиблась, не знаю, что на меня нашло. С тех пор как мы расстались, не было ни момента, чтобы я не мечтала оказаться рядом с тобой. — Со мной раненым, умирающим… — Нет, просто рядом с тобой. Держать тебя за руку, пока ты бы делал что-то скучное или забавное, полезное или бесполезное – не важно. Просто находиться рядом с тобой, проживая каждое мгновение твоей жизни, наедине с тобой, сливаясь с тобой, не давая себе возможности отвлечься на что-либо другое. Танкреди вздохнул: — О, так все эти месяцы я, оказывается, был в безопасности. София улыбнулась: — Да, но постоянно тебе это с рук сходить не будет. Теперь тебе конец, теперь ты навсегда будешь со мной… Танкреди приподнял левую бровь: — Уверена? Разве тебе не нужно отправиться в очередное мировое турне? Слушай, за тобой нелегко постоянно следить. У меня ведь все-таки тоже есть некие обязательства. — Могу представить. – Затем в тишине она снова поцеловала его руку несколько раз, долго. Она не могла остановить слезы, текущие по ее щекам. – Ты простишь меня? — За что? — За все. — Да. — Ты любишь меня? — Очень сильно. — Я сильнее. — Ты уверена? — Да. — Как же ты справишься со мной? Уверяю тебя, что моя любовь очень велика. София рассмеялась: — Просто справлюсь и все, я знаю. Я просто люблю тебя сильнее. И не спорь. — Хорошо, тогда я не буду спорить. Свободной рукой Танкреди хоть и с трудом, но погладил ее лицо. София взяла эту его руку, обхватила ее своими руками и погрузилась в нее, дышала в нее, прячась, гладя себя, теряясь. Какое-то время Танкреди позволял ей это делать, потом он кое-что вспомнил: — Можешь сделать мне одолжение? — Да, говори. — Можешь взять мою куртку? Она там, на кресле… София встала и хотела протянуть ему куртку, но он остановил ее: — Засунь руку в правый карман… София с трудом отыскала его, но наконец нашла, внутри был конверт, обернутый бумагой цвета слоновой кости и обмотанный веревкой. Он был похож на пакеты из 70-х годов, которые запечатывали сургучной печатью. На нем было написано: «Для тебя, София». — Это для меня? — Да. Я думал, что рано или поздно мы должны встретиться, и надеялся передать это тебе… Он продолжил смотреть на Софию, которая радостно стала разворачивать бумагу. Смотря на нее, он наслаждался ее простой, уникальной, особой красотой, которая даже с размазанным по лицу макияжем и в тусклом свете комнаты, в свете нового дня, делала его абсолютно счастливым, чего не происходило уже в течение долгого времени. София не поверила своим глазам: — Но это же партитура из «Страстей по Матфею» Баха, сделанная Мендельсоном! — Я знал, что ты ее узнаешь. — Значит, ты все время следил за мной… |