Книга Человек, который не хотел любить, страница 110 – Федерико Моччиа

Адвокат Гварнери улыбнулся, затем взял со стола два пульта дистанционного управления. Первым он включил плазменный телевизор, а вторым – DVD-плеер. На экране появилось изображение двух рук на клавишах пианино, а затем с первыми нотами картинка в телевизоре взяла более общий план.

— Женщина, которую мы хотели бы видеть на нашем фестивале… это вы, – сказал адвокат Гварнери.

В центре экрана было лицо Софии. Улыбаясь, она играла 109-е сочинение Бетховена, которое завершалось очень нежно – со всеми его стаккато, трелями, которыми старый композитор на то время был одержим и которые привели его в конце концов к очень экстремальным решениям в его последних двух сонатах. Это было прекрасное исполнение, словно пианистка на экране понимала все настоящие и будущие задумки Бетховена.

София смотрела на себя на экране. Он прекрасно помнила тот вечер. Это было в Париже, в концертном зале Плейель, на открытии концертного сезона. Ей было двадцать, и платье, в которое она была одета, ей подарил Армани специально для того великого вечера. Десять лет назад. Десять. Совсем недавно она помолвилась с Андреа. Десять лет назад, до того, как всё это произошло, до того, как он попала в аварию, до того, как всё было кончено… С тех пор она ни разу не смотрела на себя. Он не смотрела ни фотографии, на которых она играла на пианино, ни видео, где она выступала. Её переполнили эмоции, и она с трудом сдерживала слезы. Она чувствовала, что все смотрят на неё. Она глубоко вздохнула. Каким-то образом ей удалось взять себя в руки. Затем она сморгнула слёзы, проглотила ком, вставший поперёк горла, и наконец заговорила:

— Вы позвали меня сюда посмотреть эту запись? Вы могли бы избавить себя от всех этих неудобств, эти записи у меня тоже есть.

Адвокат Гварнери улыбнулся ей:

— Мы позвали вас не только для этого. Доктор Воронов попросил меня отыскать вас, и я сделал это. У него есть важное со всех сторон предложение, особенно в отношениях между Италией и Россией.

— Как вы меня нашли? – Адвокат Гварнери был готов к этому вопросу.

— Всем известно, что в консерватории вы учились у синьоры Ольги Васильевой, – Гварнери повернулся к Оле и улыбнулся ей, – достаточно было всего лишь спросить у неё.

Оля улыбнулась в ответ, затем посмотрела на Софию, надеясь увидеть в ней понимание, но обнаружила, что та холодна и молчалива. Затем она с сожалением опустила голову. Она очень хотела вернуться в Россию, и хотела вернуться туда вместе с Софией, но больше всего на свете она хотела снова услышать её игру. Возможно, всё это ещё могло произойти, ведь ей пока ещё не объявили об условиях предложения.

Наконец заговорил доктор Воронов:

— Это очень важное событие, призванное укрепить отношения между двумя великими странами. Это будет крупный обмен культурами и музыкой двух народов. – Он остановился и молча с улыбкой взглянул на неё, надеясь, что эти слова каким-нибудь образом смогут достучаться до её сердца.

София была неподвижна. Она молчала. Она немного смягчилась и почувствовала себя более спокойно. Она решила полностью выслушать их, но последовавшего предложения она никак не ожидала.

Доктор Воронов выпрямился в кресле:

— Мы заплатим вам двести пятьдесят тысяч евро за открытие фестиваля и за выступление на его закрытии через три дня. Вы остановитесь в одном из лучших отелей Санкт-Петербурга, в «Гранд-отель Европа», в вашем распоряжении будут машина с водителем и кредитная карта, с которой вы можете тратить средства на всё, что захотите… – Затем он повернулся к Оле: – Разумеется, вас будут сопровождать ваша преподавательница и любой другой человек, которого вы захотите взять с собой. Правительство и все мы были бы очень благодарны, если бы вы приняли наше приглашение.